# Триумф язычников

Александр Степанович Ольбик

(Посвящается всем политиканам мира) Пьеса в четырех действиях

Александр Ольбик.


## Триумф язычников


(Посвящается всем политиканам мира)


Пьеса в четырех действиях


Действующие лица:


Ленин,


Сталин,


Ряженый Ленин,


Ряженый Сталин,


Ряженый Гитлер,


Берия,


Ежов,


Ягода,


Жириновский,


Митрофанов,


Лимонов,


Новодворская,


Харитонов,


Шандыбин,


Макашов,


Фактор ВВП,


Гид,


Первый посетитель,


Второй посетитель,


Первая женщина,


Вторая женщина,


Человек с зонтиком,


Бес Главный,


Бес Бескопытный.


Возглас.


Возглас второй.


Возглас третий.


## Действие первое


Действие происходит на фоне кремлевской стены. Справа виднеется угол

Мавзолея. Где-то рядом играет бравурная музыка, возможно, на Красной площади

проходит первомайская демонстрация. Среди елочек, на своем надгробии,

восседает одинокая фигура Сталина, облаченная в мундир генералиссимуса.

Вождь курит неизменную трубку и рукой, в которой зажата газета "Правда",

отмахивается от комаров. Между затяжками декламирует (естественно, с

кавказским акцентом) стихи:


Если бы мог товарищ Ленин


На Россию поглядеть,


Если б мог он вместе с нами


За беседой посидеть.


Увидал бы, как прекрасна


Стала родина труда,


Как светло в колхозных селах,


Как красивы города.


Посмотрел бы он, как пышно


Расцвели у нас сады...


Справа, со стороны Мавзолея, появляется знакомая фигура Ленина. В руке

зажата кепка, через вырез жилетки бугрится бело-синий в горошек галстук.

Увидев Сталина, останавливается и, прищурившись, долго на него взирает.

Узнав, радостно подпрыгивает и семенящим шагом направляется к Сталину.


Ленин. Коба?! Вот так встреча!


Сталин. (поднимаясь) Неужто это ты, Ульяша?! Прекрасно, старина,

выглядишь, и не подумаешь, что целых 80 лет ты кис...то бишь пребывал в

анабиозе...


Ленин. Жалкие химики, небось, за их гнусные дела ты им присвоил

сталинскую премию?


Сталин. Как бы не так! Я их дважды чистил: в 37-м и 47-м годах...Это

были еще те мерзавцы!


Ленин. Да ладно, Коба, все это частности...Расскажи лучше, что пишет

наша газета "Правда"?


Сталин. Газета есть самый сильно действующий яд ...


Ленин. А между прочим, дающий наибольшие доходы. Так какие там сегодня

ядовитые миазмы имеют место?


Сталин бьет газетой по голове Ленина.


Сталин. Комарища на твоей гениальной голове решил сделать пересып...Что

пишет наша "Правда"? Откровенно скажу, товарищ Ленин, пока я отдыхал под

этой плитой (стучит ногой по надгробию), многое подзабылось. Путаю буквы и

цифры...Вот ты сам взгляни на эту дату... мне кажется или мерещится, что мы

имеем дело с 2002-м годом?


Ленин. К сожалению, я в саркофаге свои очки оставил...Та-аак (

близоруко вчитывается)...Батеньки мои, так это третье тысячелетие...Постой,

постой тут, кажется, мне посвящено стихотворение (от умиления плачет и рукой

стирает набежавшую слезу). Ах, какое наслаждение после почти векового

забытья окунуться в волны народной любви. (читает):


Разрубил березу на поленья


Он одним движением руки.


Мужики спросили: "Кто ты?" - "Ленин",


И окузденели мужики...


Раздраженно мнет газету и отбрасывает в сторону.


Наверное, Зиновьев, сволота, резвится...Ревизионист проклятый...


Сталин. Я его, товарищ Ленин, еще в 1937 году оприходовал.


Ленин. (заинтересованно) Как это - оприходовал?


Сталин. С помощью револьвера системы "наган"...


Ленин. (задумчиво) Наган, Наган...очень знакомое имя, это случайно, не

шурин моего любимчика Бухарчика?


Сталин. (смущенно потупив взор) И Бухарчика, перевертыша, пришлось

тоже...оприходовать... Заелся мальчуган, думал, что раз он любимчик партии,

так может заниматься оппортунизмом. Нет, все было по совести. Состоялся суд,

народные заседатели, демонстрации в поддержку партии и правительства...Все,

Владимир Ильич, было чин-чинарем, по закону, иначе я бы не позволил...


Ленин. И в чем же был обвинен Бухарчик?


Сталин. К сожалению, наш друг Коля стал во главе банды убийц, шпионов,

диверсантов и вредителей. Он сыпал крысид в колодцы пролетариата и трудового

крестьянства, он поднимал кулацкие восстания, кроме всего прочего приказывал

своим агентам подмешивать битое стекло в пищевые продукты...Словом, он

представлял интересы человеческих отбросов...


Ленин. Надеюсь, все обошлось без вырывания ногтей и дробления коленных

суставов?


Сталин. Ну как вам сказать, Владимир Ильич, не совсем так...Он ведь был

крепким орешком, большевистской закалки, парень кремень, так что пришлось

его немного поколоть. Но у меня был неплохой щелкунчик Ягода, он его как

следует расколол и Коля любезно признался нам, что...


Ленин. Что он шпион и диверсант?


Сталин. Вот именно! Своим коварством и лицемерием этот человек

превзошел самые коварные, самые чудовищные преступления, какие только знала

история...Попробовал бы он отмалчиваться, мы бы его Аньку с ее сынком быстро

бы определили куда надо...


Ленин. Неужели Бухарчик был страшнее Нерона и Калигулы?


Сталин. Я ж говорю вам, таких чудовищных преступлений история еще не

знала. Кроме, конечно, подонка Троцкого, Зиновьева, Каменева, Пятакова,

Радека...(зевает, прикрыв рот газетой) ну и еще миллиона полтора таких же

несносных перевертышей...


Ленин. (Настороженно, затаив дыхание) А Надя?


Сталин. Ты имеешь в виду пучеглазую Надьку?


Ленин. Надежду Константиновну Крупскую...Надеюсь, вы с ней обошлись без

помощи Нагана?


Сталин. Как можно! Это родная сестра революции, ваша любовница...то

бишь наложница...друг, соратница и я ее, конечно, берег как зеницу ока...Не

даст соврать Колька Ежов...К сожалению, его мы тоже расстреляли, сожгли в

крематории и прах развеяли над торфяными болотами... Чтобы меньше комаров

было...


Ленин. Не виляй маслами, Иосиф Виссарионович, не отвлекайся, а ответь -

почему же в 1933 году ты Надежде Константиновне урезал партпаек?


Сталин. Всем урезал - страна благодаря шпионам и

бухаринско-троцкистским вредителям пухла от голода...У всех было

головокружение от...


Ленин. От успехов?


Сталин. (стеснительно) Ну, что вы, товарищ Ленин, вспоминаете ошибки

молодости... Было дело, немного переборщили с вызволением беднейшего

крестьянства из лап кулаков и подкулачников, всяких попутчиков и

кровососов... Головокружение ведь бывает и от переизбытка благодати,

радости, от восходящей зари поголовной коллективизации...


Ленин. И у Нади, тоже, конечно, кружилась голова от твоей благодати...


Сталин. (про себя: "Тетя Надя, шутки ради Ильичу давала сзади. Так и

вышел тот трактат: "Шаг вперед и два назад") Лично я выписал три метра

ивановской мануфактуры для ее сарафана. Она в нем вместе с Горьким открывала

первый съезд писателей свободной России...Новая страна и новый сарафан -

вот, пожалуй, что больше всего символизировало крепнущую связь рабочих и

крестьян с интеллигенцией...


Ленин. А вот у меня, любезнейший Коба, другие сведения...


Сталин. Врагов много, а я один.


Ленин. Это верно, из всего моего окружения в живых остался только ты

один...


Сталин. Это историческая закономерность: побеждает сильнейший...


Ленин. А мне лошадок жалко (вынимает из кармана платок и вытирает

слезы) Надо же, из 33 миллионов этих четвероногих животных к твоему, Сосо,

пятидесятилетию в России осталось только половина. А куда другая половина

подевалась? (плачет навзрыд, заливаясь слезами).


Сталин. Съели. Схавали подкулачники.


Ленин. А овцы?


Сталин. Виноват, товарищ Ленин, их сгубила кавалерийская атака на

экономическом фронте...Подобного больше никогда не повторится...


Ленин. А скажи, любезнейший, куда запропастились девять миллионов

верных ленинцев?


Сталин. (настороженно) Тсс, товарищ Ленин, сюда, кажется, кто-то идет.

(Быстро убегает и прячется за ближайшей елочкой. Ленин, оглядываясь, тоже

бежит следом за Сталиным).


Появляется Жириновский в сопровождении Митрофонова.


Жириновский. (Опускается на надгробье могилы Сталина). В гробу я видел

эти демонстрации...Анпилов брешет как собака (слышится ор Ампилова,

переходящий в собачий лай, а затем в завывание), Зюганов своим лицом занял

всю Красную площадь, народ напоминает стадо бородавочников, которые готовы

положить на зуб каждого, кто не с ним.


Митрофанов. Это старая, как мир, песня - кто не с нами, тот враг...Все

это лабуда, Владимир Вольфович, ты лучше скажи, что нам делать с Хусейном?

Что ни говори, это наш самый верный спонсор, и отдавать его на растерзание

американскому империализму было бы просто неэтично...


Жириновский. Конечно, неэтично, дойную корову отдавать на съедение

клыкастым хищникам. И я слышал, к нему скоро намыливается Зюганов, а нам

такой толстомясый конкурент ни к чему... Но что мы можем сделать против

вертолетов "Аппачи" или бомбардировщиков Б-52? Я думаю, нам надо Саддамчику

написать дружеское письмо, в котором мы выразим ему моральную поддержку. И

не будем это откладывать в долгий ящик (тоже стучит ногой по надгробию и

садится на него). Ручка есть?


Митрофанов. Ручка есть ума не надо...(достает из кармана ручку и клочок

бумаги). С чего начнем?


Жириновский. Однозначно, начнем с похлопывания по голенищу.


Митрофанов. Как это?


Жириновский. Ну это метафора, народная пословица...То есть, не

подмажешь, не поедешь...Ты готов?


Митрофанов. Готовенький.


Жириновский. Значит так...(задумчиво глядя на Мавзолей).

Уважаемый...нет, многоуважаемый... Нет, тоже не пойдет...Пиши так:

глубокоуважаемый товарищ Хусейн...


Митрофанов. Ну какой он нам товарищ, Владимир Вольфович? Может, начнем

с нейтрального: многоуважаемый господин потц, всепокорнейше просим вас...


Жириновский. (хватаясь за голову) Я давно подозревал, что ты переодетый

жидяра. Ну разве можно к генеральному спонсору обращаться в таком развязном

духе? Потц...а кстати, как правильно пишется - потц или потс? Говорят, в

Израиле нет дорожного знака "Стоп", ибо он оскорбителен для истинного

еврея...


Митрофанов. Слышь, Владимир Вольфович, как Зюганов заливается соловьем?


Жириновский. (вытянув шею, прислушивается, что делается на Красной

площади. Голос Зюганова переходит в прихотливый свист соловья, в котором

слышны нотки Интернационала). Людям нравятся глупости, которые не заставляют

задумываться...Однако мы отвлеклись, а время - деньги, а деньги - Хусейн, а

Хусейн...


Митрофанов. Потц...


Жириновский. (негодующе) Ну сколько можно повторять одно и то же?! Мы

же с тобой интеллигентные люди и потому девиз: "Вежливость к спонсорам -

точность политиков", должен быть для нас всегда актуальным. Итак, пиши...


Со стороны Красной площади появляется человек с зонтом.


Человек с зонтом. Владимир Вольфович, трибуна вас ждет.


Жириновский. Трибуна не трибунал - подождет. (обращаясь к Митрофанову)

Как думаешь, Митрофанчик, стоит ли толпе резать всю правду-матку?


Митрофанов. Насчет чего?


Жириновский. О продажности российских чиновников и педофилии в

исправительно-трудовых лагерях?


Человек с зонтом. Владимир Вольфович, охлократия неистовствует...


Жириновский. (Митрофанову) Напомни вкратце наши основные тезисы...


Митрофанов. (встав в позу трибуна) Идет оголтелый подкуп и коррупция, в

исправительно-трудовых учреждених свирепствуют мужеложство и онанизм...


Жириновский. А эта, как ее, педофилия уже не свирепствует?..


Митрофанов. Этот тезис надо оставить для губернаторских выборов. Те,

кто надел на глаза шоры, должны помнить, что в комплект еще входят узда и

кнут...


Жириновский. Великолепно! Слышишь, как нас любят?


Слышится скандирование "Жирик, Жирик, Жирик!"


Жириновский и Митрофанов убегают вслед за человеком с зонтиком. Из-за

елочек появляются Ленин со Сталиным. Сталин задумчиво курит трубку, затем

достает из френча мобильный телефон и набирает номер.


Сталин. Это ты, Лаврентий Павлович? Послушай, да-а-арагой, кто такой

Жирик, почему я его дела не помню?


Голос Берии. Это поправимо, Иосиф Виссарионович. Ну что о нем я могу

сказать...Выходец из гнилой интеллигенции, во время Великого раскола создал,

мерзавец, свою партию и теперь пожинает золотые плоды. Одним словом, это

отпетый оппортунист, отщепенец, продажная тварь, которую завербовали шесть

иностранных разведок...Собственными руками он подсыпал клауфелин в

минеральные источники в Цхалтубо, разбрасывал по полям медный купорос...


Ленин. Я так и знал, что в нашем отечестве никогда не будет недостатка

в политических проститутках...


Сталин. (к Ленину с раздражением) Помолчи, Владимир Ильич, меня

интересуют более важные вещи. Скажи, Лаврентий, какую статью ты пришил бы

этому Жирику?


Голос Берии. Надо подумать.


Сталин. (еще более раздражаясь) Нечего тут думать, статья 58 прим,

измена Родины, вредительство, сотрудничество с иностранными разведками...Но

теперь у меня к тебе, Лаврик, другой вопрос...О каком Хусейне этот Жирик вел

речь? Это, что - олигарх? И если это так, то нельзя ли его как следует

потрясти...


Ленин. Коба, пожалуйста, только без перегибов.


Сталин. (прикрыв ладонью микрофон) Не встревай, Владимир Ильич, тебе

еще никто слова не давал...Так, что ты там говоришь, Лаврентий?


Голос Берии. Я говорю, что мне пора идти на вахту, кстати, вместе с

Ежовым и...


Ленин. (удовлетворенно потирая руки) Ага, значит, речь идет о трудовой

вахте. Спроси у него, Сосо, не забыли ли они там о моем трудовом почине?


Сталин. Вот тут один извращенец...то бишь возвращенец интересуется

вашей трудовой деятельностью...


Голос Берии. Что обидно, Иосиф Виссарионович, когда мы с Ежовым и

Ягодой трудимся в котлах, в это же время враги народа нежатся на райском

газоне и хрумкают бессемечные яблочки...Обидно до слез за социальную

несправедливость...Я бы этого Каменева, заразу, заставил бы лизать горячую

сковородку, так нет же, он вместе с Бухариным, Зиновьевым и Радеком

бездельничают и пытаются ревизовать нашу славную историю.


Сталин. Не пори горячку, Лаврентий, терпи, ибо дело наше правое, победа

будет за нами...


Ленин. (про себя) Какие мудрые слова слышу от этого Чингисхана,

прочитавшего Маркса...


Голос Берии. Вам легко говорить, Иосиф Виссарионович, чтобы я тут не

горячился, но в котлах адская температура...О, как я завидую нашему вождю,

лежит себе в прохладном саркофаге и в ус не дует...(С пафосом) Ленин умер,

но тело его живет...


Сталин. Он уже не лежит, он стоит ... Однако сюда кто-то идет и мы с

Ильичом снова уходим в подполье (убегают за елочки).


Появляются ряженые Ленин со Сталиным. От Ленина их отличают костюмы и

головные уборы.


Ряженый Ленин. О, бля, как мне окузденел этот Зюганов!


Ряженый Сталин. (Вынимая из кармана бутылку) Ну чистый боров, хряк. Но

я тебе, Владимир Ильич, честно скажу, он хоть и боров, но память у него

отменная. Я бы даже сказал - феноменальная. То, что он десять лет назад

трепал на первомайской демонстрации, сегодня повторил слово в слово...И так

каждый год...


Ряженый Ленин. Ну это вообще...ходячая граммофонная пластинка, которую

заело...И нудит и нудит, даже мне стойкому марксисту осточертело его бычье

мычание насчет продажного режима.


Ряженый Сталин. Но ты ведь сам говорил, что повторение - мать учения

(смеется)...


Ряженый Ленин. Чего только спьяну не наговоришь! Ты еще вспомни про

электрификацию всей страны...Стаканчик у тебя с собой?


Ряженый Сталин. А как же! (бутылку ставит на надгробие и вынимает

складной пластмассовый стаканчик. Взяв за донышко, встряхивает и стаканчик

разъезжается гармошкой). Вот сейчас дерябнем и пойдем в народные массы...


Ряженый Ленин. Да-да, массы нас заждались...


Ряженый Сталин. И кого ты сегодня своим образом будешь очаровывать?

Какую-нибудь сумасшедшую пенсионерку?


Ряженый Ленин. Ошибаешься любезный, я сегодня глаз положил на

Валерию...


Ряженый Сталин. На певицу, что ли? Так она дохлая, как астраханская

вобла...


Ряженый Ленин. Не на ту, я метнул глаз на толстушку Новодворскую.


Ряженый Сталин. Это же махровая меньшевичка, у нее начинает литрами

истекать слюна при упоминании твоего имени.


Ряженый Ленин. Зато она богатенькая. Недавно вернулась из Штатов... В

Гарвардском универе клеветала на Россию...Между прочим, это мы с тобой

придурки, верны марксистским принципам, а потому и ходим, как последние

шмаровозы. Эх, жизнь ты моя смешная...Однако давай, засраный Коба, наливай,

а то в глотке Сахара печет...


Ряженый Сталин наливает в стаканчик и протягивает его ряженому Ленину.


Ряженый Сталин. Извини, на закусь не хватило пенензов...


Ряженый Ленин. Ничего, это не страшно. Чтобы добраться до источника,

надо плыть против течения...(поднимает стаканчик и по-ленински прищурившись,

картавя, обращается к собеседнику). Ну за что, голубчик, выпьем? За страну

советов?


Ряженый Сталин. (подходит к елочке и отрывает веточку) На, Ильич,

пожуй, это отбивает сивушный запах...А выпить предлагаю...Но о чем я сейчас

подумал...А вдруг у тебя того, не поднимется твой...ну этот, твой

интернационал и ты перед этой эсеркой Новодворской опозоришься?


Ряженый Ленин. (опрокидывает в рот содержимое стаканчика, берет веточку

и откусывает несколько хвоинок. Жует, смотрит на Мавзолей). От твоих слов,

Сосо, Ильич в гробу может перевернуться. Как тебе не стыдно! Да у нее бюст,

что Спасская башня, а жо..., то бишь объем бедер превышает размеры

Царь-колокола, что абсолютно в моем вкусе...Когда человек хронически

недоедает, ему постоянно хочется мяса. Очень много мяса...Другое дело, наши

с ней различия на идеологической почве...


Ряженый Сталин. А я думал, ты ее будешь трахать на тахте, а не на

почве...На, выпей еще, и пойдем в народ, мне тут что-то стало холодать.

(наклоняется к плите и прислушивается) Мне кажется, я слышу голос Сталина...


Ряженый Ленин. Ничего удивительного, третий день употребляем эту

гадость, пора бы уже и белой горячки наступить...


Ряженый Сталин. Тсс, я его действительно слышу...


Ряженый Ленин. И о чем же он говорит? (тоже наклоняется к плите).


Ряженый Сталин. (подражая Сталину) Он очень жалеет, что нет с ним рядом

Коли Ежова...


Ряженый Ленин. Может, пока не поздно, вызвать тебе неотложку?


Ряженый Сталин. (пьяным голосом) Кому неотложку, хмырь в кепке? Мне что

ли? Да я трезвее всех живых....Вот иди сюда, я тебе покажу, кому сейчас

понадобится неотложка...(ставит на локоть руку, предлагая ряженому Ленину

побороться на руках). Ну, покажи, на что способен вождь мирового

пролетариата...


Ряженый Ленин. Ты все-таки, Коба, порядочная свинья...В прошлый раз ты

мне трижды проиграл, но ни разу не выставился. Зря я тебе оставил

политическое завещание, душегуб проклятый!


Ряженый Сталин. Да если бы не я...Да если бы был другой, такой,

например, как ты, мягкотелый интеллигент, Адольф бы загнул всем салазки...

Только железная десница могла своротить скулу такому зверю, как Гитлер

(размахивается и бьет собеседника по лицу).


Ряженый Ленин падает у надгробия, корчится, стонет, а в это время

ряженый Сталин медленно запевает:


На просторах Родины чудесной,


Закаляясь в битве и труде,


Мы сложили радостную песню


О любимом друге и вожде.


Сталин - наша слава боевая,


Сталин - нашей юности полет.


С песнями, борясь и побеждая,


Наш народ за Сталиным идет.


Со стороны Красной площади звучит эта же мелодия и хор пионеров.

Ряженый Ленин, похрапывая, крепко спит, ряженый Сталин какое-то время сидит

в позе роденовского мыслителя, затем начинает переобуваться. Снимает с ноги

носок, нюхает его, продевает в прохудившуюся дырку палец и снова надевает

носок на ногу.


Ряженый Сталин. Не говори о человеке дурно, ведь и ты - он...(глядит на

лежащего ряженого Ленина) Даже, если этот человек бомж...


Из-за елочек выходят вожди.


Ленин. (обращаясь к ряженому Сталину) Это верно, голубчик, никогда

нельзя о людях отзываться плохо. Кроме, конечно, эсеров, олигархов,

троцкистов и прочей оппортунистической сволочи...Скажи, уважаемый, что это

за словечко "бомж"?


Ряженый Сталин. А тебе-то какое дело? (Подступая к Ленину) А вообще-то

я таких конкурентов в гробу видел...


Ленин. Да-да, вы правы, меня в гробу вся страна советов видела и вы,

голубчик, конечно же, тоже могли меня там видеть...А скажите, любезный, что

это за маскарад, почему вы в форме моего верного ученика, то бишь Иосифа

Виссарионовича?


Ряженый Сталин. (пинает лежащего ряженого Ленина) Эй, Серега, тут

появились наши конкуренты, пора им начистить сусала...


Ряженый Ленин. (подняв голову) Да хрен с ними, будем солидарны с

такими, как мы сами...


Ряженый Сталин. Так они же у нас последний кусок хлеба могут отнять...


Ряженый Ленин. Хлеб наш насущный дашь нам днесь и остави долги наши...


Ленин. А этот лежащий пролетарий, кажись, тоже под меня канает.

Безбожник! Сколько можно было внушать, что религия - это опиум для народа,

так нет же, дай им хлеб насущный...А хлеб, равно как и землю, как фабрики и

заводы надо самим взять, а не ждать милости от олигархов...


Сталин. По-моему, тут проходит какой-то маскарад люмпенов...


Ленин. Да, тут попахивает деклассированным духом...Но знаешь, Коба, нет

худа без добра. Например, не случись февральская революция, не было бы и

октября...Не было бы меня, не знал бы мир и о тебе...


Сталин. Ты, кажется, меня попрекаешь в исторически неизбежных событиях?

Нехорошо, некрасиво, нереволюционно. Ты, наверное, Ульяша, забыл, кто был

главным террористом и кто для революции и для тебя, в частности, когда ты со

своей шлюхой Арманд загорал на Капри, грабил банки российской империи и

отправлял всю выручку в швейцарские банки?


Ряженый Сталин. Ну, завели свою шарманку! Сколько можно, не

сегодня-завтра Госдума примет исторический закон о земле и тогда хана...


Ленин. Какая еще Госдума, какая, к чертовой матери, Госдума?! Голубчик,

да мы, большевики, ее разогнали еще...Но я не об этом...Я говорю, нет худа

без добра, подразумевая под этим вот этих потертых наших копий...Надо

сказать, довольно удачных копий. Этот лежащий здесь мерзавец даже картавить

научился по моему, и вишь, кепочку себе вместо подушки положил...А у меня,

меду прочим, была кепчонка не в клеточку, а в ромбики да не из синтетики, а

из чистой шерсти...


Сталин. (вытряхивая о каблук лежащего ряженого Ленина трубку) Ну какое

это имеет значение для пролетарской революции? Клеточка, ромбики...Клеточка

и точка. Все должно быть в клеточку...


Ленин. Оставь, Сосо, свои педерастические аллегории, я ведь речь веду

не о клеточках, хотя для быстрейшего построения коммунизма это и важно, я

веду речь, об использовании момента. Ты слышишь, как бурлят массы и

пролетариат призывает к революции (от Красной площади летят призывы Анпилова

о свержении прогнившего режима олигархов)? А я в кабинете забыл свои

апрельские тезисы...Мне надо срочно туда попасть и этот лежащий человечище

поможет мне проникнуть в Кремль...


Сталин. Как это он может тебе помочь? Тебе может помочь только один

человек - это я, Джугашвили. Только я знаю, как вот из-под этой плиты

проникнуть на территорию Кремля и оттуда провести тебя в твой кабинет...


Ленин. (горячась) А кто, милейший, в это время будет лежать в гробу?

Ага, вот я тебя и поймал на тупоумии...


Сталин. Ну не я же там буду...


Ряженый Сталин. ( с насмешкой) Тоже мне выискался вождь и учитель всего

прогрессивного человечества. Тьфу ты, кошкино дерьмо!


Сталин. Я тебе сейчас за такие слова сделаю маленький ГУЛАГ, но прежде

позвоню Лаврентию (достает трубку, но его перебивает Ленин).


Ленин. Ты уже один раз в Мавзолее полежал и тебя оттуда вынесли и с

почестями предали земле...


Сталин. Того и тебе желаю...


Ленин. Завидуешь, как всегда завидуешь своему учителю. Нехорошо это.

Будь, Коба, поскромнее...Так вот, дабы нам не прозевать предреволюционную

ситуацию, я сейчас возвращаюсь в свой рабочий кабинет, а этот молодчик,

распростерший свои грешные телеса у наших ног, займет мое место в

гробу...(довольно потирая руки) Как, Коба, тебе нравится такая гениальная

рокировочка?


Ряженый Сталин. Слышь, Серега, что эти ряженые обормоты тут толкуют?

Тебя хотят засунуть в гроб...


Ряженый Ленин. А хоть в жопу, лишь бы там было тепло и не было ментов.


Сталин. Товарищ Ленин, этот лепет можно считать согласием и я сейчас

его препровожу в вашу усыпательницу.


Ряженый Сталин. А я куда? Мне тоже сегодня негде ночевать...


Сталин. Это поправимо. Ты сегодня будешь ходоком. Явишься в Кремль, в

приемную вождя, и пожалуешься товарищу Ленину на кулаков и подкулачников.

Это и будет для нас сигналом для начала коллективизации.


Ряженый Сталин. Понял, товарищ...


Сталин. Можешь, по свойски называть меня просто Коба.


Ряженый Сталин. Есть, товарищ Кобра, будет сделано...


Сталин. (весело) А между прочим, мне этот псевдоним больше нравится, а,

товарищ Ленин? Кобра! Коротко и ясно, один укус и сто человек, как корова

языком...


Ленин. А время идет. Массы наэлектризованы, того и смотри февральская

революция перерастет в августовскую...


Ряженый Ленин. (уже сидя на надгробии, зевая) А она у нас уже была.


Ленин. Ничего, лишняя революция не помешает.


Сталин. И еще один красный террор как раз будет кстати.


Ленин. Ну тогда с Богом...(подходит к плите и начинает ее приподнимать)

Ну что вы стоите истуканами, помогите же своему вождю...


Сталин и ряженые начинают сдвигать надгробие и когда это происходит,

Ленин опускается в могилу Сталина.


Сталин. Я с вами, я не хочу оставаться с этими олухами царя небесного

наедине...


Ленин. А как же наше общее дело? Отведите товарища...бомжа в мою

обитель, а сами с ходоком возвращайтесь в Кремль...


Ленин исчезает, плита с глухим стуком опускается на место.


Сталин. (ряженому Ленину). Отряхнись, люмпен, не поведу же я тебя

такого потраченного в Мавзолей....


Ряженый Сталин суетливо начинает отряхивать костюм ряженого Ленина.

Разглаживать ладонью лацканы у его пиджака и, поплевав на ладони,

приглаживает плешь вождя.


Ряженый Сталин. Я думаю, в полумраке ветхость его, с позволения

сказать, цивильного костюма, никому не бросится в глаза.


Сталин. Народ все видит, у него всевидящее око. Мы сейчас по-пластунски

поползем в сторону Мавзолея, а ты, мой двойник, постой тут на атасе и если

что...дай знать свистом...


Ряженый Сталин. А что мне просвистеть? Может, "Наш паровоз вперед

лети!"?


Сталин. Это сегодня не актуально...Мне больше нравится песенка "Таганка

полная огня..." Помнишь ты эту песню или быстренько набросать основные ее

тезисы?..


Ряженый Сталин. Мне, правда, больше по душе "Мадам Брошкина", но как

скажите, товарищ Сталин...


Сталин. Хорошо, пусть у нас с тобой будет ничья, в случае тревоги

пропоешь один куплет про меня "Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин..."


Сталин и ряженый Ленин ложатся на газон и начинают ползти в сторону

Мавзолея. Ряженый Сталин садится на плиту и начинает мурлыкать песенку:


От этих мест


Куда мне деться?


С любой травинкой хочется дружить.


Ведь здесь мое осталось сердце,


А как на свете без него прожить?


Со стороны Красной площади появляется троица: Жириновский, Митрофанов,

а между ними пьяненький ряженый Гитлер. У фюрера заплетаются ноги, его челка

закрыла пол-лица, не голенищах начищенных сапог играет майское солнышко.


Ряженый Сталин. Ну вот, еще одного конкурента черти ведут...


Жириновский. Наконец-то этот паноптикум остался позади. Как думаешь,

Митрик, я был убедителен?


Митрофанов. Как Ленин на броневике! Правда, все дело испортил Лимонов,

он все время вертел в руках лимонку и то и дело вытаскивал из нее чеку...


Жириновский. Не бди, она деревянная, ею можно прихлопнуть комара, но

никак не вождя ЛДПР...(Снимает пиджак и остается в бронежилете). Ух, какая

на площади жарища...


Ряженый Сталин. Ну еще бы, столько пламенного трепа там было

произнесено, небось, брусчатка начала плавиться...


Ряженый Гитлер. (К Жириновскому) Владимир Вольфович, откуда здесь

взялся этот отщепенец? (указывает на ряженого Сталина).


Митрофанов. Между прочим, он такой же, как и ты, фюрер. У вас есть о

чем с ним поговорить...


Ряженый Сталин. Мне не о чем говорить с побежденной стороной.


Ряженый Гитлер. Фиг бы ты меня победил, если бы не свинья

Паулюс...Забыл, тевтонец поганый, выписать из Берлина градусники. Нас

подвели русские морозы.


Ряженый Сталин. А ты что, хрен моржовый, не русский? Сам-то, небось, из

какой-нибудь засраной Чумолаптевки приехал мозги народу компостировать.


Ряженый Гитлер. Сам дурак!


Ряженый Сталин. (угрожающе, сжав кулаки) Вот сейчас как дам в морду,

будешь знать, кто тут настоящий хозяин.


Жириновский. Перестаньте, придурки, пикироваться, лучше вступайте в мою

партию...


Ряженый Сталин. Будь моя воля, я бы твою партию враз вычистил бы до

основания, а затем...


Митрофанов. О, недоноски, о чем они ведут речь! Дежа вю, сон,

наваждение (протирает глаза)...Ты, Адольф, по какой ставке работаешь - по

временной или сдельной?


Жириновский. Адольф Алозьевич, работает по вдохновенной ставке. По духу

он наш.


Митрофанов. А это мы сейчас проверим. Ты за кого - за Буша или за

Хусейна? Тест на твою, фюрер, вшивость...


Жириновский. Умнее вопросика не придумаешь... Между прочим, это

касается и вождя всех народов. Ну, что скажете, голубчики?


Ряженый Сталин. (с кавказским акцентом) Жаль, что сейчас не 37-й год, я

бы вас обоих записал в один пикантный списочек. Провокаторы, играющие на

руку мировому империализму...


Митрофанов. Да что мы с ними церемонимся (подходит к ряженому Сталину и

дает ему зуботычину)!


Ряженый Сталин. (делает боксерскую стойку и ногой бьет между ног

Митрофанова. Гитлер бросается на Жириновского и они кубарем катятся по

газону.)


Митрофанов. Ах ты, нацменская рожа, бьешь по самому святому месту

(хватает ряженого Сталина за волосы и носом тычет в землю).


Между тем, Жириновский, побежденный Гитлером, дрыгает ногами и громко

кричит.


Жириновский. Лимонов, Эдичка, помоги! Однозначно меня опоновали

клоны...


Ряженый Гитлер. (встал на ноги, отряхивается и помогает подняться

ряженому Сталину). Вот если бы мы с тобой, Иосиф Виссарионович, всегда жили

душа в душу, никто бы нас не победил, а мы бы надрали задницу всему миру...


Ряженый Сталин. Это, пожалуй, моя самая большая историческая ошибка,

ведь между нами столько общего...


Ряженый Гитлер. Не то слово, товарищ Сталин! У нас с вами не только

общее, но и всеобщее...


Среди елочек появляется Лимонов с людьми, на рукавах которых

нацболовская свастика.


Лимонов. (угрожающе подняв руку, с зажатой в ней лимонкой). Вот так

публика собралась, сколько вони сейчас будет! Ну, что, Жирик, если делать -

то по большому?


Жириновский. Это не я! Я всегда был лоялен к нацикам. Спроси у

Митрофанчика...Или вот у Гены (оглядывается и смотрит на приближающегося

Зюганова).


Зюганов. Не поминай, Жир, мое имя всуе, меня от тебя и так тошнит. Да

здравствует великий советский народ - строитель социализма! Да здравствует

референдум! (к Лимонову) Эдик, дай сюда гранату, я найду ей подходящее

применение.


Лимонов отдает гранату Зюганову, тот несколько раз подкидывает ее в

воздух и ловит.


Зюганов. Ну, что, паразиты, доигрались? Сгубили такую страну, а теперь

издеваетесь...


Ряженый Гитлер. Кто - я издеваюсь? Советский спид - самый прогрессивный

в мире!


Ряженый Сталин. Геннадий Андреевич, а почему, интересно, вы к серпу и

молоту пририсовали книжку?


Ряженый Гитлер. Это он имел в виду мою "Майн камф"...Молодец,

большевик...


Жириновский. Заткнись, Адольф! Просто товарищ Зюганов, будучи

интеллигентом в первом колене, наверняка вдохновлен моим литературным

произведением "Предпоследний бросок к Индийскому океану". (заискивающе) Не

так ли, Геннадий Андреевич?


Зюганов. Режим прогнил, народ устал, олигархи обнаглели. (к

Жириновскому) Вот ты, например, Владимир Вульвович, на что, собственно,

надеешься, а? Какая у тебя и твоей затрюханной партии есть политическая

перспектива?


Жириновский. Сначала брось гранату, тогда скажу...


Зюганов размахивается и кидает лимонку в сторону стоящих. Ряженый

Сталин со словами "смерть немецко-фашистским оккупантам!", бросается к

надгробию и укрывается за ним. Ряженый Гитлер не менее проворно падает ниц с

вытянутой вперед рукой, Жириновский с Митрофановым тоже бросаются бежать и

укрываются за елочками.


Зюганов. Вот так всегда: силу покажешь, так сразу все в кусты. Даже

пошутить нельзя.


Ряженый Сталин. У меня от таких шуток сейчас недержание мочи начнется.


Зюганов. Ничего страшного, клоун переодетый в вождя, с тобой не

случится. Я хотел проверить, как лидеры ЛДПР умеют делать ноги.


Голос Жириновского. Я тебе, Зю, это еще припомню. Скоро голосование по

закону о земле и вот тогда посмотрим, кто умеет делать ноги, а кто не

поднимет руки...


Зюганов. Попробуй только не проголосовать, поставлю вопрос о твоей

сексуальной дезориентации...


Ряженый Сталин. Как это? Впервые слышу о таком... о такой

дезориентации...


Зюганов. Это когда все дырки хороши и все в радость...


Голос Митрофанова. Это инсинуация! Злостная клевета! Мы подадим жалобу

в комиссию по этике. Ответишь, большевик ползучий...


Зюганов. Всегда готов служить пролетариату! А что касается лично тебя,

Митрофанович, то когда приду к власти, обещаю сделать тебя главным чучелом

на главной выставке страны... Или отправлю в зоопарк, будешь слонам одно

место качать...Кстати, очень прибыльное дело: что ни качек, то пятачок.


Ряженый Гитлер. Вот это воистину авангардное решение, до такого даже я

бы не додумался...


Зюганов. А ты, клещ на теле народно-патриотического союза, лучше

помалкивай, а не то сегодня останешься без ночлежки и без похлебки...


Ряженый Сталин. (смотрит в сторону Мавзолея, откуда твердой, неспешной

поступью направляется Сталин). А это мы еще посмотрим, кто и где сегодня

будет и что будет хлебать...


Вышедшие из-за елочек Жириновский с Митрофановым и все остальные тоже

смотрят на приближающегося Сталина и всем видом выказывают

удивление...Зюганов оправляет пиджак, Жириновский что-то на ухо говорит

Митрофанову и тот начинает причесываться, ряженый Гитлер, попытался встать

смирно и вытянуть в приветствии руку, но его качнуло и он чуть не упал.

Ухватился за брюки Жириновского и стащил их.


Жириновский. (пытаясь натянуть брюки, с изумлением) Неужели это он?


Митрофанов. Да брось ты, это еще один обыкновенный ряженый (помогает

Жириновскому натянуть брюки).


Зюганов. Мундир генералиссимуса, конечно, можно пошить, а вот орден

Победы у него настоящий...В грановитой палате я его не раз примерял, весомая

вещь, (с восхищением) 128 бриллиантов, не считая золота и платины...Неужели

и в самом деле сошествие произошло (левой рукой неумело крестится)...О,

чудо-юдо, когда же кончится этот сон?


Ряженый Гитлер. Кажись, это мой последний и решительный пи...конец...Но

есть выход, пойду и еще раз застрелюсь...Впрочем, эту глупость я всегда

успею сделать, а пока лучше сдамся в плен, это будет безопаснее (поднимает

вверх руки и делает шаг навстречу Сталину)...


Ряженый Сталин. (бросаясь к Сталину) Ну как, Иосиф Виссарионович, все в

порядке? Можем теперь идти к Ильичу?


Сталин. Все о,кэй, только немного петли заржавели, однако это нам не

помешало совершить ритуал. Конечно, да-а-арогой, теперь мы направимся к

нашему незабвенному Ильичу...Только смени робу...обуй лапти и надень дырявый

кафтан, будешь как-никак ходоком. (окидывает взглядом остальных).А что это

за шушваль здесь собралась?


Ряженый Сталин. Члены. Думцы...одним словом, две единицы из трех сотен

негодяев, избранных великим русским народом по пьянке ...


Жириновский. Ну ты, козлотур, говори да не заговаривайся, а не то я

тебя сейчас...


Сталин. (в трубку) Лаврентий, ты меня слушаешь?


Голос Берии. Слышу, батько, слышу...


Сталин. Тут надо одного прибрать к рукам... Записывай:

Жи-ри-нов-ский...Даю по буквам... Ж - жердина, И - идиот, Р - рожа, снова И

- идиот, Н - нарцисс, О - оглобля, В - вонь, С - сволочь, К - каплун, И -

опять идиот и Й - идиот с галочкой...Жи-ри-нов-ский Владимир...В народе

проходит, как Жирик, Вовик...


Голос Берии. Что прикажите с ним делать?


Сталин. Пока возьми его на заметку, а когда придет время я тебе о нем

напомню...А сейчас этот отголосок фюрера пойдет со мной, хочу показать его

Ильичу, поднять ему настроение...


Жириновский. (подбегает к Сталину и пытается отнять мобильник).

Послушай, усатый придурок, я не позволю марать свое доброе имя...


Зюганов. (передразнивает) Тоже мне - доброе имя. У козла и доброе имя,

вот рассмешил...


Жириновский. (Отвлекаясь от Сталина, толкает Зюганова в грудь, тот

падает на четвереньки и в такой позе застывает). Ну что еще можно ожидать от

йоркширской породы? Только предательства и зависти.


К Жириновскому подбегает Митрофанов и начинает обмахивать его платком.


Ряженый Гитлер. Кажется, тут назревает раскол и надо побыстрее уносить

ноги в Волчье логово (пытается скрыться, но появляется Лимонов с автоматом

наперевес).


Лимонов. Интересно, куда это ты, товарищ Шикельгрубер, собрался?


Ряженый Гитлер. Отвали, Лимон, у меня начинается недержание мочи.

Сейчас запружу всю Красную площадь.


Лимонов. Она и без тебя запружена нечистотами. А сейчас, Адольф,

поворачивай назад, сейчас я вас всех поставлю к кремлевской стенке и совершу

справедливый суд. (обращаясь к другим) Эй, вы контрреволюционные недобитки,

взгляните в последний раз на небо...


Жириновский. Опять этот несносный Эдик! Ну сколько раз тебе можно

говорить, что твое время прошло, теперь хозяева земли мы - свободные

либеральные демократы...


Лимонов. А ну повтори - кто вы?


Жириновский. Свободные либеральные демократы...


Сталин. Тире - политические проститутки...


Ряженый Сталин. Правильно, товарищ Сталин, ЛДПР - это патентованные

профурсетки...


Ряженый Гитлер. И рыцари анальной любви...


Зюганов. (по-прежнему стоя на четвереньках) Ну что ты, Эдик,

испытываешь терпение вечности, стрельни по отщепенцам, не видишь в какой

позе я нахожусь...У нас ведь с тобой много общего...


Ряженый Сталин. У вас скоро будет общая камера...


Сталин. (подходит к Лимонову и отнимает у того автомат) Ты будешь

человеком с ружьем, а пока отдай эту деревянную игрушку (отняв автомат,

ломает его об колено и отбрасывает в сторону). А теперь всем дружным

коллективом отправляемся к Ильичу.


Сталин с ряженым Сталиным осторожно отодвигают стоящего на корячках

Зюганова и поднимают надгробие.


Сталин. В авангарде пойду я, за мной - ходок (смотрит на ряженого

Сталина), за ним - свободные либералы, за ними - человек с ружьем, замыкает

шествие Адольф Алозьевич...


Ряженый Гитлер. Яволь...Натюрлих, то есть мне с вами не по пути. Лучше

я вас прикрою...


Жириновский. А, может, замкну шествие я, все-таки гробницы - это больше

по моей восточной специальности...


Сталин. (вынимает из френча трубку) Товарищ Берия?


Жириновский. (падая перед Сталиным на колени) Каюсь, каюсь! Дорогой

вождь и учитель, я последняя мразь и политическая путана... Я иду с

вами...Только не надо звонить Лаврику, у меня от таких разговоров начинается

диарея.


Сталин. Тогда вперед, то есть вниз, навстречу прекрасному завтра.


Сталин опускается в свою могилу, за ним следуют все остальные.

Последним у надгробия остается ряженый Гитлер.


Ряженый Гитлер. О, маен гот! Спаси меня, мама, я больше никогда не буду

писаться в постель.


Голос Берии. Чего медлишь, осколок оголтелого самосознания? Ныряй

сейчас же под плиту, и запомни, маляр, что чаще всего выход там, где был

вход...


Ряженый Гитлер озирается и, подняв вверх руки, и со словами "Хайль

Гитлер!", прыгает в яму, над которой взвивается синеватое облачко дыма.

Звучит музыка Вагнера...


## Действие второе.


Сцена в Мавзолее. Ряженый Ленин, сняв крышку с усыпательницы, пытается

в нее залезть, однако ноги скользят и он повисает на руках, затем с грохотом

падает на пол. Поднимается и направляется вглубь Мавзолея, откуда

возвращается со стремянкой. Ставит ее к гробу и, сделав разминку с помощью

приседаний, начинает взбираться по лестнице. И уже в гробу поправляет

подголовник, укладывается и, сложив на груди руки, тихонько начинает петь:

"Мы рождены, чтоб сказку сделать былью..." Откуда-то слышатся голоса и он,

суетясь, отталкивает стремянку и пытается поставить на место крышку гроба.

Это ему удается и он падает на ложе, позабыв снять с головы кепку. В

Мавзолей входит группа посетителей.


Гид. Вот, дорогие товарищи, мы и попали в святая святых (проходит вдоль

гроба).


Первый посетитель. Здравствуй, наш дорогой и любимый Ильич (наклоняется

к усыпательнице). Ты спи спокойно и знай, что твои идеи живут и побеждают. И

прости нас за то, что мы заявились к тебе вот в таком непотребном виде...


Второй посетитель. (отталкивая первого) Да хватит вам тут нудить, лучше

бы противогаз на себя надели, не продохнуть, видно с утра крутку алкали...


Первый посетитель. Красиво жить не запретите. Раньше я по праздникам

пил "Старку", а сейчас вынужден пользоваться жидо-масонским неочищенным

спиртом. Травят людей, а пожаловаться некому... кроме, конечно, нашего

незабвенного (наклоняется над гробом)...


Женский голос. Да что вы там церемонитесь с алкоголиком, гоните его в

шею...


Второй посетитель. Это легко сказать - гоните...У этого товарища

уголовная физиономия и кулаки, что у Ильича голова...А кстати, почему на

вожде надета кепка? Насколько я помню хрестоматию, он должен здесь лежать

без головного убора.


Первый посетитель. Здесь же прохладно, даже у меня, проспиртованного

насквозь человека, зубы отбивают дробь...


Второй женский голос. И одежонка на Ильиче истрепалась, и каблучки на

ногах сбились, и рубашка давно не стиранная...


Гид. (присматриваясь к лежащему в гробу) Товарищи, не обращайте

внимания на частности. Перед вами историческая личность, чей гений привел

нас...


Третий женский голос. Привел нас к нищите и разорению.


Первый посетитель. Ух, ты, какая зараза среди нас! А ну покажись, крыса

заморская, посмевшая развязать свой ядовитый язык...


На первом плане появляется полная женщина, очень смахивающая на Валерию

Новодворскую. И голос такой же...


Новодворская. Он уже весь протух, давно пора на помойку...


Гул негодования, выкрики "Гоните ее отсюда! Заткните глотку! Не дадим в

обиду вождя!"


Второй посетитель. (с изумлением в голосе) Да он же дышит! Я же вижу,

лацкан пиджака вздымается и опускается...


Первый посетитель. У тебя у самого опускается и уже никогда не

подымится.


Новодворская. (издевательски) Так он же живее всех живых, вот и

дышит...


Гид. Мадам, здесь такие шуточки не проходят, прошу вас покинуть

помещение.


Новодворская. Пошел ты в попу, где хочу, там и стою. Что хочу, то и

говорю. У нас демократия...


Голос Берии. А это мы еще посмотрим...


Публика застыла в изумлении, у первого посетителя из рук выпала бутылка

водки и со звоном разбилась. И в это время ряженый Ленин в гробу резко

поднимается, раздаются крики, шум, начинается паника и помещение мгновенно

пустеет. Остается одна Новодворская.


Новодворская. Мистика для слабонервных. Я уже давно подозревала, что

тут лежит какой-нибудь бомж...(обращаясь к ряженому Ленину) И сколько вам,

любезный, платят за службу?


Ряженый Ленин. Я на общественных началах. Жертва, так сказать,

обстоятельств...Нет ли у тебя, мамзель, чего-нибудь выпить, а то глотка,

словно шагреневая кожа, того и смотри передавит сонные артерии...


Новодворская. Тоже мне пиит выискался... Однако я не такая бессердечная

как пытаются меня изобразить олигархическая власть и ее продажная

пресса...Потерпи дружок, тут где-то должен быть медицинский спирт, чтобы

освежать твои бренные телеса (уходит вглубь помещения)...


Ряженый Ленин. (подражая Ленину) Эта пампушка мне положительно

нравится! Вот бы ее сюда, ко мне под бочок...


Голос Новодворской. Бессовестный, я все слышу!


Ряженый Ленин. Умные слова не грех и послушать...


Появляется Новодворская, неся перед собой огромную бутыль.


Новодворская. Надеюсь, этого зелья тебе хватит, чтобы утолить жажду?

(ставит бутыль на подставку).


Ряженый Ленин. И чего ты со мной носишься, я ведь всего лишь

самозванец...


Новодворская. Если бы ты был подлинным, я бы тебя голыми руками

(растопырив пальцы, делает угрожающий жест)... Во что налить этой дряни?


Ряженый Ленин. Это, милашка, не проблема (достает из кармана складной

стаканчик и встряхивает его). Держи, это наш с Иосифом Виссарионовичем

походный инвентарь...


Новодворская. О, только не это! Ради Бога, не упоминай при мне имени

этого живодера...А чем закусывать будешь?


Ряженый Ленин. (смущенно) Как чем? Ты же понимаешь, что кроме

тебя...словом, один невинный поцелуй в... бюст заменит сто граммов осетрины

или копченого угря...


Новодворская. (кокетливо поправляя прическу) Я давно подозревала, что

все вожди ко мне неравнодушны...


Ряженый Ленин. (вылезая из гроба) Как это изволишь понимать?


Новодворская. Назло большевистскому политбюро я предпочла третий

рейх...


Ряженый Ленин. Значит, секс-контакт с фашистами?


Новодворская. Не преувеличивай, мой дорогой Ильич, я была только с

одним...С художником, премилым оратором и добрейшей души человеком...И между

нами девочками говоря, он очень страстный, хотя временами и нагловатый...Ему

видите ли, надоедает одна и та же дислокация. Его принцип круть-верть, а я,

ты сам видишь, к такой эквилибристике не совсем готова...


Ряженый Ленин. Узнаю Гриху из Питера. Хороший, между прочим, парень, но

чистый извращенец. Ты можешь представить, водку запивает уксусом и говорит,

что так делал его идол Адольф...


Новодворская. (мечтательно) А в общем и целом это неплохой наездник...


Ряженый Ленин. Только жаль, как и у меня, судьба его не сложилась.

Бомжует, ложку с трудом в руках держит, совсем отвык от пахоты...


Новодворская. От какой еще пахоты?


Ряженый Ленин. Иди ко мне (берет женщину за руку), я тебе

продемонстрирую...на практике, покажу, как надо пахать, не хуже Адольфа...


Новодворская. (кокетничая) Мне неудобно, вдвоем мы в этом саркофаге не

уместимся.


Ряженый Ленин. Еще как уместимся. Только давай для начала взбодрим

усталые сосуды.


Берет бутыль и пытается налить в стаканчик ее содержимое.


Ряженый Ленин. Ну, Валерик, за что выпьем?


Новодворская. За что? Дай подумать...


Гладит рукой по щеке ряженого Ленина.


Новодворская. А ты умеешь хранить чужие секреты?


Ряженый Ленин. Да я - братская могила! Статус вождя мирового

пролетариата не позволяет мне быть...


Новодворская. Перестань паясничать, с тебя достаточно честного слова.


Ряженый Ленин. Клянусь мамой...Только не тяни резину, ты же видишь,

какой у меня жуткий синдром похмелья (рука, держащая рюмку заметно

вибрирует)...


Новодворская. Ты знаешь, кто в тебя стрелял на заводе Михельсона?


Ряженый Ленин. Погодь, погодь... Кажись, начинаю вспоминать...Это была

какая-то меньшевистская проглядь с наганом в руках...(скрежещет зубами) Вот

бы мне эту курву сейчас сюда...


Новодворская. Не переживай, она перед тобой. Да, да, милый, я та самая

Фани Каплан...


Ряженый Ленин. (отпрянув, озирается) Вот это номер, чтоб я не

помер...Может, я уже допился до ручки и не подозреваю, что быт психушки

определяет мое сознание? Ущипни меня, тогда поверю, что это суровая

реальность...


Новодворская. Да ты, лысый дурачок, не нервничай, все проще, чем ты

думаешь. Слыхал что-нибудь об реинкорнации?


Ряженый Ленин. Не-ее, я твердый сторонник марксистско-ленинской

диалектики и в другую хренотень не верю...И именно за это я сейчас опрокину

стаканчик (пьет, делает паузу, глаза лезут на лоб, начинает неистово

метаться и причитать). Отравила, я так и знал, что вместо спиртяги подсунет

яда...Ой, сейчас умру, ноженьки мои уже подкашиваются...Да здравствует

социалистическая революция, да здравствует вождь всего мирового

пролетариата... Прощайте, добрые люди! (падает возле саркофага).


Новодворская. (берет из его рук стаканчик и нюхает) Да, тут получилась

маленькая накладка, вместо медицинского спирта какая-то сволочь оставила

формалин...


Ряженый Ленин судорожно вздрагивает, дрыгает ногами и пытается что-то

сказать.


Новодворская. Хватит хныкать, вставай я тебе дам закусить...


Ряженый Ленин. (голосом умирающего человека) А не врешь?


Новодворская. Мы, социал-революционеры, всегда верны своему слову

(расстегивает блузку, наклоняется, чтобы дать грудь лежащему. Женщину видно

со спины, но по всхлипыванию и дрыганью ног ряженого Ленина можно

догадаться, насколько ему хорошо). Ох, ты мой сосунок глупенький, я тебя

сейчас быстренько поставлю на ноги, а там, смотришь, что-нибудь у тебя еще

восстанет...


Ряженый Ленин. Уже! Славная получается ревакцинация...


Новодворская. Реинкорнация. Вот я в прошлой жизни была Каплан теперь

стала Новодворской. Но и тогда и теперь моя задача застрелить этого

ублюдка...Я ведь пришла сюда не случайно, хотела в него снова стрелять

(берет в руки сумочку и вынимает из нее револьвер). Это, конечно, не тот

наган, но это и неважно...Это новейший образец ДШ-17, теперь-то я уж не

промахнусь...


Ряженый Ленин. (поднимаясь с пола) Но я же...то есть он же

забальзамированный, какой же смысл в мумию стрелять?


Новодворская. После того как чекисты меня расстреляли, они же еще

сожгли мое тело в железной бочке... Если Каплан можно было дважды казнить,

то почему бы тебя, олуха царя небесного, нельзя дважды умертвить?

(приставляет наган к виску ряженого Ленина. Тот зажмурив глаза и подняв

руки, начинает петь песню "Варяг"). В революции и особенно в терроре важен

принцип, символическое действо...Знаковое движение души и тела...


Ряженый Ленин. Ага, все это очень важно, но прежде, Валерик, скажи, кем

был раньше я?


Новодворская. Ты был рыжим кобелем, а еще раньше - Альфонсом...


Ряженый Ленин. А кем был Ильич?


Новодворская. Как это тебе не покажется обидным, Владимир Ильич был

Росинантом, Зюганов - буридановым ослом, Жириновский - сначала пятым колесом

в телеге, потом ему крупно повезло и он превратился в муравьеда...Нет,

кажется, сначала он был муравьедом, потом колесом...


Ряженый Ленин. Я в шоке! Но с языка у меня просто срывается вопрос

насчет вождя всех народов...Кем был наш генералиссимус?


Новодворская встает, кладет пистолет на край гроба, оправляет одежду,

волосы, словом, прихорашивается, словно перед торжественным моментом.


Новодворская. Не поверишь...


Ряженый Ленин. Тебе поверю.


Новодворская. Иосиф Виссарионович во всех трех жизнях был кающейся

Магдалиной...То есть кающейся шлюхой...


Ряженый Ленин. Не может этого быть! Он такой железный, такой кремень...


Новодворская. А, все это следствие комплексов неполноценности. Как у

Гришки Явлинского, который еще относительно недавно ходил в платьице и

назывался княжной Таракановой. И как она, он тоже бредит престолом... Но мы

тут с тобой не на симпозиуме, не хочешь быть мертвым, полезай в саркофаг...


Ряженый Ленин. Ни за что! Там холодно и одиноко.


Новодворская. (берет в руки пистолет) Как миленький полезешь...


Ряженый Ленин подходит к стремянке и начинает подъем. Оглядывается.


Ряженый Ленин. А как же эта... твоя реинкорнация?


Новодворская. Об этом поговорим потом, а пока меня интересует

эрекция...Ну, ползи, чего застрял...


Вслед за вождем в саркофаг залазит Новодворская. Крышка закрывается и

какое время слышатся смех, перебранка, гроб начинает ходить ходуном и

откуда-то из подземелья раздается голос Лаврентия Павловича...


Голос Берии. Вот же сукины дети, опошлили святилище!


## Действие третье.


Исторический кабинет Ленина в Кремле. На стене висит картина,

изображающая вождя, читающего газету "Правда"... Ленин явно что-то ищет:

заглядывает под стол, роется в обшивке кресла, заглядывает за картину...


Ленин. Помню, где-то здесь я оставил свое политическое завещание, чтобы

Коба его не нашел. Но что-то с памятью моею стало...(стоит задумавшись, по

обыкновению качаясь с пяток на носки, большие пальцы рук засунуты в рукавные

проемы жилетки)... Завещание во что бы то ни стало надо отыскать, ибо для

России оно судьбоносно.


В кабинет входит Сталин.


Сталин. Что ты, Владимир Ильич, ищешь? Может, я могу тебе чем-нибудь

помочь?


Ленин. Нет, нет, голубчик, это мое личное дело и секретариата ЦК оно не

касается.


Сталин. Какие у нас могут быть личные дела? Я за свою жизнь прочитал

тысячи дел, но все они были уголовные.


Ленин. Хорошо, я тебе открою один секрет...В 1923 году, незадолго до

своей кончины, я здесь оставил одну важную бумагу...


Сталин. А в чем же секрет?


Ленин. В ее содержании.


Сталин. (достает из нагрудного кармана френча сложенную бумагу,

расправляет ее и читает) Я, вождь мирового пролетариата, Владимир Ульянов по

кличке Ленин, довожу до сведения Политбюро, что после моей смерти вся

политическая власть ни в коем случае не должна перейти в руки...(пауза) в

руки террориста, жестокого и необузданного горца, фанатического приверженца

красного террора, Иосифа Виссарионовича Джугашвили по кличке Сталин. И прошу

всех честных и преданных мне партийцев считать мое первое завещание, которое

я передал в Политбюро, отвлекающим маневром, а именно данный документ

воспринимать как руководство к действию...


Ленин. (делает порывистое движение в сторону Сталина) Отдай, Коба, мою

бумагу!


Сталин. Дудки! Опоздал на 80 лет, и этот твой донос я употреблю в

маленьком домике...Впрочем (бросает бумагу на пол), на, задавись своим

доносом на своего наивернейшего соратника...


Ленин. Но...


Сталин. (примирительно) Давай, Ильич, побратаемся и лучше подумаем, как

сотворить еще одну пролетарскую революцию...


Ленин. (потирая руки) Да я, Иосиф Виссарионович, не против, но с кем ее

делать? Ты расстрелял почти всех наших сторонников, преданных делу партии и

революции, пересажал всех вождей...


Сталин. Да о чем речь? Такого революционного отребья мы с тобой всегда

найдем. В коридоре сидят товарищи, которым только дай в руки винтовку, они

перестреляют полчеловечества и, если надо, водрузят знамя революции на

Капитолийском холме...


Ленин. Тогда приглашай этих товарищей, проведем пленум и решим, что же

в конце концов делать с олигархами и прочей буржуазно-помещечьей сволочью...


Сталин направляется к двери и в кабинете появляются Жириновский с

Митрофановым, ряженый Сталин, Лимонов, ряженый Гитлер, Зюганов...


Ленин. (оглядывая вошедших) Хм, на первый взгляд это вполне приличные,

интеллигентные люди...Впрочем, не время для комплиментов, рассаживайтесь,

товарищи, и подумайте над тезисами - как свергнуть кровопивцев, помещиков и

капиталистов, раздать фабрики и заводы, землю и плуги в руки народа. С кого

начнем? (смотрит на Жириновского) Может, с вас? Как, батенька, вас величать?


Жириновский. Жириновский, вождь ЛДПР...


Ленин. Вы, очевидно, наш попутчик и если судить по фамилии, ваш отец

юрист или я ошибаюсь?


Жириновский. Ну вот, и этот туда же! Да, я сын юриста и этим горжусь. А

позвольте узнать, кто вы?


Ленин. (озадаченно озираясь) Как это - кто? Иосиф Виссарионович,

подскажите товарищу из ЛДПР, кто я и с чем меня едят...


Сталин. Он этого все равно не поймет, Владимир Ильич, он не из нашего

теста...


Ленин. Это никуда не годится, надо товарищей воспитывать...Свяжитесь,

пожалуйста, с Феликсом Эдмундовичем...


Сталин. К сожалению, еще в 1925 году он отдал богу душу. Чахотка на

почве стрессовых ситуаций в подвалах ЧК...


Ленин. Ну тогда хотя бы Урицкого...


Сталин. Убит эсерами...


Ленин. Тогда пригласите Бронштейна, посоветуйтесь с ним, у него светлая

голова...


Сталин. Еще в 1932 году его черепушку ледорубом проломил один наш

верный товарищ...


Ленин. (сокрушенно) Какая незадача...Тогда, черт подери, пригласите

этого боевого товарища, пусть он по душам поговорит с сыном юриста...


Сталин (тушуясь) К сожалению, мы его были вынуждены

расстрелять...Зазнался товарищ, казнь Троцкого вызвало в нем тяжелую

звездную болезнь...


Ленин. Я же сто раз повторял, что русская интеллигенция - это самое

большое говно.


Лимонов. (порывисто вскакивая) Точно, товарищ Ленин! Более того, один

из моих соратников написал такие неподражаемые строки:


Интеллигентов надо убивать,


И даже тех из них, кто самоучки.


Комедию словесную ломать


Вы мастера, мы знаем эти штучки.


Подонки, гады, сволочи, скоты


Собаки, твари, грешные разъебы...


Ленин. Товарищ Апельсинов, довольно паясничать...


Лимонов. Я - Лимонов...


Сталин. Наверное, тоже вшивый интеллигент.


Ленин. Ну что ж, товарищи, с интеллигенцией мы вполне определились,

теперь перейдем к насущным вопросам дня.


Лимонов. Да с кем тут решать эти вопросы? Вы только взгляните на эти

сытые хари...


Ленин. Не горячитесь, товарищ Авокадов, спешка нужна при взятии Зимнего

дворца... (прищурившись, осматривает присутствующих). Что ж, будем исходить

из имеющегося под рукой материала. Я так думаю, товарищи... прежде чем

начинать вторую октябрьскую... ноябрьскую...декабрьскую... словом, новую

революцию, нам нужно создать свое пролетарское теневое правительство. Это

для победы архиважно! Товарищ Зюганов, кого бы вы могли порекомендовать на

пост главы совнаркома?


Жириновский. (вскакивая и вытягиваясь в струнку) Меня!


Ленин. Повторяю, кого бы вы, товарищ Зюганов, могли бы

порекомендовать...


Жириновский. Меня!


Сталин. Заткнись, Жирик!


Ленин. Я смотрю, тут у вас хромает партийная дисциплина. А где человек

с ружьем? (смотрит на ряженого Сталина.


Ряженый Сталин. Я ходок, товарищ Ленин...


Ленин. Ничего страшного, голубчик, побудешь временно человеком с ружьем

(указывая на Жириновского) Возьмите сына юриста под охрану и до самой победы

пролетарской революции не выпускайте...


Сталин. (усмехаясь в усы.) Мы ему потом организуем побег с двумя

выстрелами - первый Жирику засадим под левую лопатку, второй - в воздух...


Ленин. Идея прекрасная, товарищ Сталин, и это лишний раз говорит о

вашем масштабном видении. Значит, предлагаю избрать товарища Зю

председателем совнаркома...Кто за, кто против?


Жириновский. (человек с ружьем пытается ему связать руки) Однозначно, я

- против.


Лимонов. И я тоже...


Ленин. Интересно, вроде бы по манерам вы большевик, а против...


Лимонов. В России истинные интересы народа защищает только одна партия

- национал-большевистская...Сокращенно - нацболы.


Зюганов. (отмахиваясь) Да не слушайте вы его, Владимир Ильич, в России

только я - единственный и неповторимый защитник народа...


Сталин. Единственным на просторах родины чудесной был только один

человек.


Жириновский. Вот именно, товарищ Сталин.


Лимонов. Вишь, Жирик уже переметнулся. Предатель трудового народа.


Жириновский. А ты - апологет множественного оргазма с чернокожим

меньшинством.


Лимонов. (берет со стола бутылку минеральной и поливает из нее

Жириновского) Это тебе за холуйство.


Жириновский бодает Лимонова и они заваливаются на диван. Лежащий на нем

ряженый Гитлер вскакивает и отталкивает дерущихся.


Ряженый Гитлер. Осторожнее, паразиты на теле человечества, вы же

попортите музейную мебель.


Сталин. (с мобильником в руках) Я сейчас брякну Лаврентию, попрошу у

него совета...Алло, это ты Лавруша? Прости, не понял...Судите

антисоветчиков?


Голос Берии. Да, приходится даже в аду заниматься неблагодарным

делом...Обвиняемые - меньшевичка Новодворская и какой-то переодетый в Ленина

хмырь.


Сталин. И в чем вы их обвиняете?


Голос Берии. Минуточку, сейчас переговорю с Ежовым и Ягодой...это мои

народные заседатели...


Ленин. (потирает руки) Прелюбопытнейший исторический поворот!


Голос Берии. Вы меня слышите, товарищ Сталин?


Сталин. Как никогда отчетливо.


Голос Берии. Так вот, докладываю: подсудимые занимались половыми

извращениями в усыпальнице товарища Ленина.


Ленин. (с восторгом) Замечательно! Наконец-то и в мои мрачные

апартаменты пришла настоящая жизнь! (наклоняется к мобильнику) Товарищ

Лаврентий, к сожалению, я вас не знаю, но чувствую в вас оригинальную и в

чем-то родственную душу...Вы этих товарищей больше ни в чем не обвиняете?


Голос Берии. Хмыря, канающего под вас, мы еще обвиняем в преступных

связях с лидером эсеров-меньшевиков в лице Новодворской. Ей же мы предъявили

обвинение в растлении бомжей и покушении на ваше тленное тело...Улика налицо

- пистолет новейшей конструкции и ее личное признание.


Ленин. Превосходно! Революция без таких, как вы, ратоборцев никогда не

победит.


Голос Берии. Всегда к вашим услугам, не подкачаем.


Ленин. Да-аа, не скудеет русская земля талантами.


Жириновский. И придурками.


Человек с ружьем. А ну пошли, Жирик, тут таким фруктам, как ты, не

место...


Жириновский падает на колени, но его уволакивают. Все садятся за стол и

Ленин берет слово.


Ленин. Итак, продолжим заседание... На чем мы остановились, Геннадий

Андреевич?


Зюганов. На мне, но...


Ленин. Никаких но! Большевик только тот, кто не жалеет, не зовет, не

плачет...Теперь решаем вопрос о земле...


Зюганов. Вот он момент истины! О, мать-земля (становится на колени и

клюющими движениями целует ковер)!


Лимонов. Лицемер с партбилетом в кармане. Как будто не знает, что

земля-то тю-тю...


Ленин. Что вы, Эдичка, имеете в виду, говоря свое пошлое "тю-тю"?


Лимонов. Тю-тю и этим все сказано.


Сталин. Выражайся, Лимон, яснее, это тебе не игра в литературу.


Зюганов. Да не обращайте вы на этого недобитого нацфрукта внимания, он

мне просто завидует.


Лимонов. Нашел, кабан, чему завидовать.


Ленин. Ну хорошо, хорошо, прекратим межпартийную перебранку и зададимся

вопросом - кто возглавит агропромышленный комплекс?


Зюганов. У меня есть на примете один полковник...


Ленин (подозрительно) Царской чеканки?


Зюганов. Нет, отечественного разлива... Харитонов Коля, почетный

чекист...


Сталин. Это случайно не тот Харитонов, которого я в 37-м приказал

расстрелять за саботаж в СОВИАХИМЕ?


Зюганов. Нет, наш Коля, слава Богу, вам на зуб еще не попадал. Это

кристальной чистоты человек.


Сталин. Видели мы таких кристальных в гробу...


Ленин. Что вы имеете в виду, товарищ Джугашвили? Впрочем, для революции

это не важно. Важнее другое - кто у нас займется просвещением масс? (смотрит

на Лимонова) Может, вы, товарищ Абрикосов, взвалите этот непосильный

культурный воз на свои нацболовские плечики?


Лимонов. Ну сколько можно издеваться над моей фамилией?..


Голос Берии. Не верьте ему, Иосиф Виссарионович, это не Лимонов, у него


другая фамилия...Савенко он, перерожденец, бывший экс Боря Савинков, мы его

ловили и... словили, но он нас оставил с носом, выпрыгнул, подлец, при

допросе в окно и - всмятку...


Сталин. Спасибо, Лаврентий Павлович, за своевременную подсказку, но в

одном ты не прав...Окно в ЧК специально для этого и было открыто...Как

продвигается процесс над Новодворской?


Голос Берии. Претворяется Зоей Космодемьянской и клянется вашим именем,

что всю жизнь проходила в девственницах.


Ленин. Как моя Наденька (крестится), царствие ей небесное.


Сталин. (внимательно смотрит на Лимонова) Ну что нам с тобой делать,

Арбуз?


Ленин. А может, послать его на продразверстку? Пусть под пулями кулаков

подумает о единстве партии...


Зюганов. Зачем его так далеко посылать, тем более вопрос продразверстки

уже решен фактором ВВП...


Ленин. А что это за фактор? Почему я о нем ничего не знаю?


Сталин. (про себя) Меньше надо было валяться в гробу, тогда бы все

знал... ВВП - это пока для партии непостижимый фактор.


Митрофанов. Вашей партии - кранты...Да здравствует ЛДПР - партия

голубых знамен и не менее голубых фантазий!


Ленин. (глядя на Митрофанова) А этот осколок меньшевизма откуда здесь

взялся?


Сталин. А, это так, случайный попутчик, мы его тоже поставим к стенке.

Эй, человек с ружьем, заходи, я тебе партийное поручение дам.


В кабинет входит человек с ружьем.


Человек с ружьем. У кого тут еще чешется под левой лопаткой? У этого?

(подходит к Митрофанову и дулом винтовки поправляет тому узел галстука).

Пройдемся, товарищ, надо опознать одного, у кого длинные ноги.


Митрофанов упирается.


Митрофанов. Это несправедливо, у меня депутатский эмунитет!


Лимонов. (помогает человеку с ружьем вывести сопротивляющегося

Митрофанова). Да здравствует товарищ Сталин - вождь и учитель всего...


Сталин. (глядя на Лимонова) Заткните глотку этому проходимцу, а не то я

за себя не ручаюсь.


Ленин. Мне кажется, борьба с оппозицией приобретает характер массовых

чисток. А что вы, товарищ Зюганов, думаете об этом?


Пауза.


Зюганов. Мне тоже кажется, тут наблюдается некоторая крутизна, лыжи

слишком скользят, не упасть бы...


Ленин. Вот я тебя, Зю, и поймал! О какой крутизне ты говоришь, когда

речь идет о мировой революции? Ты что-нибудь слышал о борьбе с

неоглобализмом?


Зюганов. Это наше будущее, оно неминуемо, как светлое утро...


Ленин. Каков слог, а, Иосиф Виссарионович?! Может, мы Зю и сделаем

министром культуры?


Сталин. Он слишком начитан, а нам нужен более приземленный человек,

знающий настроения не читающих, не смотрящих телевизор, не знающих ничего о

театре, масс. Я слышал, есть такой депутат Василий Иванович...


Ленин. Я знаю только одного достойного человека под этим именем...


Сталин. О нем знает все прогрессивное человечество. Нет, речь идет не о

легендарном комдиве, а об его тезке - Василии Ивановиче Шандыбине...


Ленин. Такой же лихой рубака, и такой же вполне невежественный

человечище, как Чапаев?


Сталин. В сто раз невежественнее. Из него просто брызжит хамство и

тупоумие, это как раз то, что для партийных интересов сегодня превыше всего.


Ленин. Ну что ж, звоните своим людям, пусть найдут этого Шандыбина и

доставят сюда. Если пройдет мандатную комиссию - милости просим в наш

ареопаг...(смотрит на Зюганов). А что с вами делать, уважаемый?


Сталин. Его надо отправить в подвал и с пристрастием допросить.


Ленин. А на какой предмет?


Сталин. Узнать, что же это за фактор ВВП?


Ленин. Очень разумное решение. На данном этапе борьбы с

контрреволюционной сволочью, это как раз то, что нам необходимо выяснить.


Сталин. (подходит к двери и ногой распахивает ее) Эй, человек с ружьем,

тут еще один враг народа просится под твою защиту.


Зюганов. (оторопело) Послушайте, товарищи вожди, здесь какое-то жуткое

недоразумение. Я отнюдь не враг, я друг и продолжатель дела Ленина-Сталина,

горячий апологет коммунизма и вообще...всех сущих интересов трудового

народа.


Сталин. Что ты тут лепечешь, Зю? Ты всего лишь жалкий подражатель наших

истинных приверженцев и соратников. Ты обуржуазился, наел морду, окружил

себя такими же жирными котами, как сам... (мечтательно) А я помню других

наших славных рыцарей революции...Один Николай Бухарчик чего стоил...


Зюганов. Так вы же его расстреляли.


Сталин. Это не твое собачье дело...Ты лучше скажи, что это за фактор -

ВВП?


Ленин. Да, Геннадий Андреевич, скажите правду и мы вас, возможно,

оставим в жи...то есть оставим в покое...


В коридоре слышатся шум, крики, дверь распахивается и в кабинет вбегает

человек с ружьем.


Человек с ружьем. Товарищ Ленин, товарищ Ленин, кажется, сюда

направляется фактор ВВП.


Ленин. Вот так неожиданность! (к Сталину) Приятная неожиданность, а,

товарищ Коба? (к человеку с ружьем) Вы вот что, голубчик, сделайте...Идите и

приведите этот Фактор сюда, а мы с товарищем Сталиным с ним как следует

разберемся.


Человек с ружьем. Так он же невидим...


Сталин. Чепуха, в материальном мире все материально, а значит,

подвластно нашим органам чувств...


Зюганов. Все в мире течет, все изменяется. Вы что-нибудь слышали об

синергетике?


Ленин. Это вы меня спрашивает, Зю?


Зюганов. Да, да, вас, товарищ Ленин...Посмотрим, как далеко ушла наука,

пока вы прохлаждались в своем стеклянном гробу...


Сталин. Товарищ Ленин, разрешите мне доставить сюда этот Фактор, а с

Зюганом мы разберемся после. У него язык длиннее Волоколамского шоссе, надо

чуток укоротить...


Ленин. Ну вот дожили, второй вождь мирового пролетариата вынужден сам

заниматься ловлей неизвестного нам Фактора...Ну, что ж, Коба, если ты уверен

в своих силах - иди и приведи сюда это Лохнесское чудовище по имени ВВП...


Сталин. Это так же просто, как дать фюреру в морду.


Сталин подходит к сидящему на диване ряженому Гитлеру, берет его за

грудки и бьет по лицу.


Ряженый Гитлер. О, майн гот, какое вероломство!


Сталин. Это тебе, потрох, за Сталинград (размахивается и бьет еще раз),

а это за то, что ты позволил американцам взять Сицилию...


Ленин. Воистину, за любовь нет другой платы, кроме возможности любить

еще сильнее...


Сталин выходит из кабинета, а навстречу ему попадаются Шандыбин с

Николаем Харитоновым.


Ленин. Вот и ходоки. Из какой губернии, голубчики, пожаловали?


Шандыбин. Нам сказали, что тут идет раздача портфелей.


Харитонов. Товарищ Ленин, если даже вы мне снитесь, то все равно я весь

в вашей власти.


Ленин. Вот это по-пролетарски! Так что у вас за душой? Как кровопийцы и

кулаки поживают в ваших волостях?


Зюганов. Позволю себе уточнить...Это не ходоки, это наши думцы, я вам о

них рассказывал...Один суперневежда, каких бог еще не видел, другой великий

радетель русской землицы и по совместительству вдохновенный чекист...Они

ради нашей идеи готовы на все.


Шандыбин. Готовы на все и даже больше...


Харитонов. Василий Иванович лихой рубака, а я с ним...


Ленин. (в сторону) Нет ничего более бессмысленного, чем сентенции на

общую тему...Однако, товарищи, ближе к делу. Сейчас я задам вам пару

вопросов, так сказать, на засыпочку. (К Шандыбину) Василий Иванович, кто

написал поэму "Буревестник"?


Шандыбин. (глубоко задумавшись, чешет лысину, ему что-то пытается

подсказать Зюганов) Хм, буревестник, буревестник...Так...Это такая

белокрылая птица?


Ленин. (к Харитонову) И вы, товарищ, приготовьтесь, я вам сейчас тоже

задам очень каверзный вопросик.


Харитонов. (в сторону) О, бля, и тут экзамены!


Ленин. (к Шандыбину) Итак, уважаемый товарищ, что скажете?


Шандыбин озаренно бьет себя по лысине.


Шандыбин. Вспомнил, Владимир Ильич, вспомнил! Это же Порханов...то есть

Гексоген Сашка, ну как его...лауреат премии по литературе...Редактор нашей

патриотической газеты, несгибаемый брехун и пиволюб. Он из любой какашки

может сделать конфетку и из любой конфетки...


Ленин. Сильно сказано! Я такого могучего невежества за всю свою

сознательно-революционную жизнь еще не слышал. Ах, какие россыпи

дремучести...Ладно, а вы, Василий ибн Иванович, случайно ничего не слышали

про человека с фамилией Горький?


Шандыбин. (рьяно углубившись в мысли) Горький, Горький...Ах да, жил

такой дореволюционный баснописец, который был еще невежественнее меня - ноль

классов церковно-приходской школы плюс университет

буржуазно-капиталистической беспросветной жизни...


Ленин. (Зюганову с восхищением) И где вы только таких выдающихся кадров

находите!? Это же надо, Горький, оказывается, баснописец! Если бы меня

окружали такие уникальные личности, Коба никогда бы не пришел к власти...(И

снова к Шандыбину) А кто же тогда по-вашему Крылов?


Шандыбин. Простите меня, Владимир Ильич, но вы, наверное,

оговорились...Вы, очевидно, имели в виду нашего выдающегося юриста

Крыленко...


Зюганов. Владимир Ильич, с тех пор как вы окочурились...то бишь почили

в бозе, много воды утекло и сейчас уже не принципиально - Крылов это,

Крыленко или там Кириенко...


Ряженый Гитлер. Зер гут, зер гут...


Шандыбин. (Гитлеру) А ты заткнись недобиток...


Ленин. Ну что ж, против таких аргументов, Геннадий Андреевич, мне

нечего возразить. (оборачивается к Харитонову). Скажите-ка , Николас, чем

отличается подзол от глинозема, а глинозем - от чернозема?


Харитонов. Так это же ясно и ослу: что бы это ни было, все принадлежит

народу. Земля - мать, а подзол ее трудный ребенок. Но, даю вам честное

чекистское слово, что мы его перевоспитаем и сделаем преданным партии

черноземом. Немного органики, того сего, и смотришь всякие там подзолы и

глиноземы станут нашими верными помощниками в борьбе против прогнившего

режима...


В кабинет врывается Сталин. На нем разорван мундир, болтается один

рукав, волосы всклочены, под глазом фингал...


Ленин. Что с тобой, Коба? На твоей морде лица нет...


Сталин. (отдыхиваясь) Я шел по коридору, занятый своими гениальными

мыслями, как вдруг откуда ни возьмись появился этот...это... (падает в

ленинское кресло) нечто невообразимо контрреволюционное. Я даже не могу вам

объяснить, насколько это было омерзительно для моего изношенного интригами

сердца...


Ленин. (повернувшись к Зюганову) Ну и что это, по-вашему, могло быть,

товарищ Зюганов? Вот и возвращайся после этого на свою этническую родину!


Зюганов. Боюсь...


Ленин. А вы посвистывайте. Ведь пока здесь нет ни Феликса Эдмундовича,

ни тем более товарища Берии, чего же вам бояться?..


Зюганов. Боюсь, товарищ Ленин, что товарищ Сталин столкнулся в коридоре

с этим самым (начинает озираться и дрожать) Фактором...Он здесь повсюду и

где его меньше всего ожидаешь встретить, он как раз там и оказывается...


Ряженый Гитлер. (поднося к губам Сталина стакан с водой). Натюрлих надо

попить водички, ибо вода мельницы ломает, а тебя старого злодея тем более

сломит...Вот так, Сосо, открой пошире свое хлебало, и я волью тебе в пасть

немного Н2О...


Ленин. Нет, товарищи, здесь какая-то мистика и, мне кажется, что на

моих глазах происходит перерождение большевиков в трусливых крысят без

морали и убеждений. А если это так, то позвольте спросить - с кем я буду

делать новую революцию? На кого я могу положиться и быть уверенным, что к

утру почта, телеграф и все банки будут в наших повстанческих руках? Поэтому

медлить для нас смерти подобно. Товарищ Зю, вы можете избежать участи многих

партийцев, если сейчас же отправитесь организовывать свои отряды для взятия

почты, ЖЭКОв и общественных туалетов... Все это олицетворяет грязные

деньги...А вы тов Харитонов, немедленно приберите к рукам всю эту

мелкобуржуазную мелюзгу, которая засела в Думе.


Харитонов. Это для меня, разумеется, раз плюнуть, я там знаю все ходы и

выходы, все лазейки и норы, через которые могут улизнуть жириновцы и прочая

правая и яблочная шелупень. Только один вопрос, товарищ Ленин: после победы

нашей революции, что будет наиболее приоритетным - расстрел или повешение?


Сталин. (полулежа в кресле) Эти процессы надо гармонизировать...


Ленин. Но при этом ни в коем случае не надо забывать об опыте

североамериканских штатов, я имею в виду электрический стул...Но спешить не

будем, ибо современная наука еще не сказала своего последнего слова...


Шандыбин. А чем мне заняться, товарищ Ленин? Я же весь излучаю энергию

(начинает отбивать чечетку и приседать) и мне полагается быть на передних

рубежах борьбы...


Зюганов. Верно, товарищ Ленин, наш Шандыба может временно исполнять

роль революционной дубины...


Ленин. (с ног до головы оглядывая Зюганова) Не кокетничайте, Геннадий

Андреевич, вы ведь тоже не прочь побывать в этой роли...И я вас прекрасно

понимаю, но...Но мы должны быть тоньше и умнее и не забывать об национальном

вопросе. Все революции рано или поздно кончаются, а вот Сион не дремлет...


Зюганов. ( с готовностью) И для этого у меня есть один железный

человек...


Ленин. Небось, опять латыш?


Зюганов. Русак чистых кровей...Генерал Макашов - вот кто может раз и

навсегда решить национальный вопрос...


Ряженый Гитлер. Брешешь, Зю, национальный вопрос лучше нас еще никто не

решал...А во-вторых, Макаш полукровка, его пра-пра-пра-пра...


Шандыбин подходит к ряженому Гитлеру и накидывает ему на голову

целлофановый мешок.


Шандыбин. Все твои исторические подвиги, Адольф, осталось в прошлом,

теперь и мы сами с усами...


Гитлер хрипит, брыкается и затихает. Шандыбин снова бьет чечетку,

демонстрируя свои физические кондиции.


Ленин. (восхищенно) Вот, учитесь, товарищи, у Василия Ивановича как

надо молниеносно переходить от слов к делу...Ну ладно, поговорили и

довольно...А сейчас расходимся и приступаем к свершению великой

октябрьско-ноябрьско-декабрьской революции. (смотрит на часы, обращается к

Сталину) Иосиф Виссарионович, пока наши люди берут в Москве власть в свои

руки, вы садитесь за телефон и отслеживайте ситуацию, поскольку на другое вы

пока не способны...Все, все, разбегаемся, удачи вам, друзья и всяческих

революционных успехов.


Все расходятся и уносят с собой ряженого Гитлера. В кабинете остаются

Ленин со Сталиным.


Ленин. Ты, Коба, пока отдыхай, а я быстренько набросаю обращение к

народам мира, а потом засяду за фундаментальный труд по мракобесию...


Сталин. (уныло) Да разве сейчас это актуально? Сейчас бы чего-нибудь

пожевать и стаканчик доброго грузинского винца...


Ленин. Тут не до вина, Сосо. Мракобесие наш главный враг. Это кока для

народа. Это марихуана и экстази для пролетариата, а ты говоришь, это не

актуально. Экое заблуждение, даже ты, такой кремень революции, такой

превосходнейший жупел для фабрикантов и кулаков всего подлунного мира,

поддался этому предрассудку и хочешь революции навязать мистический образ

какого-то Фактора. Вот, где он этот Фактор? Покажи? Может, я слепой и не

вижу?


Сталин испуганно смотрит на медленно открывающуюся дверь.


Сталин. (вытянув в сторону двери руку, панически вжимается в кресло) Да

вот же он, проклятый, на пороге!!! Оо-ооо, пресвятой Георгий, сохрани и

избави мя от этого наваждения...


Появляется генерал Макашов. Чеканя строевой шаг. Подходит к Ленину и,

приставив руку к козырьку мятой фуражки, говорит.


Макашов. Надеюсь, товарищ Ленин, я не опоздал к радикальному решению

национального вопроса?


Ленин. (оглядывая гостя) Я вас, товарищ Макинтошев, представлял совсем

другим.


Макашов. Интересно, каким же вы меня представляли?


Сталин: Вождь тебя представлял новым русским Брусиловым, а ты, глядя на

твой затрапезный вид, чистый бомж...И к тому же дубина стоеросовая...


Макашов. (глядя на Сталина) А что это за мудак тут делает мне

замечания? Если хошь, я и тебя пучеглазый перевоспитаю (подходит к столу и

берет в руки папье-маше, взвешивает). Нет, к сожалению, это слишком легкое

орудие перевоспитания, я воспользуюсь ленинской чернильницей, которую ему

подарили рабочие Путиловского...


Сталин. (с телефонной трубкой в руках) Лаврентий, тут еще один заявился

при погонах, и думает, что он что-то значит для

матери-природы...Так...так...Прекрасно. Я всегда, Лавруша, подозревал, что у

тебя не голова а Дом советов...Правильно, я сейчас подскажу это Владимиру

Ильичу....Хорошо, будь Павлыч на связи...(К Ленину) Тут Берия советует нам

назначить этого шустрика (взгляд на Макашова) военпредом в Биробиджанской

автономной республике...


Ленин. Ну это никуда от нас не уйдет, а пока есть более неотложные

дела. Как насчет взятия одной из цитаделей естественных монополий?


Макашов. (с готовностью) Газпром, что ли?


Ленин. Этот объект уже в работе, речь идет о...


Раздается звонок, Сталин с трудом дотягивается до аппарата.


Сталин. На проводе Сталин.


Голос в трубке. Товарищ Сталин, докладывает Зюганов...


Сталин. Да не тарахти, Гена, у меня после выстрела "Авроры" в ушах звон

стоит неимоверный...Так что ты сказал насчет банков, почты и ЖЭКов?


Голос Зюганов. Я знаю Москву, как пять своих пальцев, но сейчас я в

трансе...Изъездил почти всю Белокаменную, но всюду только ларьки по

продаже...Это Илюмжинов, братан всех народов, наладил здесь торговлю своего

национального напитка...ку-ку-мы-са...Кумыса, товарищ Сталин...


Сталин. А почта, а ЖЭКи, а общественные туалеты, они что, тоже под

кумысом?


Голос Зюганова. Там идет распродажа...стыдно сказать чего...


Сталин. Не будь профурсеткой или Явлинским, говори...руби по-русски,

по-нашему, большевистскому, напрямую, в лоб, чтоб щепки летели, чтоб...


Ленин. (подойдя к Сталину, кладет ему на лоб руку) Я так и знал, это

добром не кончится, лихорадка...Эбола...(Берет трубку, Сталин откидывается

на подлокотник) Ну, что там у тебя, голубчик, вырисовывается?


Голос Зюганова. Хана вырисовывается, всюду, куда ни кинь, всюду

Фактор...Он меня заколебел до основанья, а затем...


Ленин. Мда, этот, кажется, тоже чокнулся. (смотрит на Макашова). А что

вы, Гена, скажите, если я вам в помощь пришлю вашего товарища генерала

Макинтошева...


Макашов. (так рьяно щелкает каблуками, что одной ногой подбивает другую

и падает на Сталина). Пардон, мадам!


Сталин. Чтоб ты сдох, Скалозуб нагуталининный! (бьет Макашова по лицу).


Макашов. Ах так, руку поднял на советского офицера (нащупывает на столе

папье-маше, и бросает его в лицо Сталина)... Это тебе за Скалозуба, а это за

бомжа, а это...


Ленин. ( в трубку) Геннадий Андреевич, вы слышите, что тут творится?


Голос Зюганова. Отлично слышу, кто-то кому-то дает зуботычины.


Ленин. Это прошлое что-то не поделило с архипрошлым...


Голос Зюганова. Поздно стучать кулаком по столу, когда ты сам уже

только блюдо...


Ленин. Вот я тебя, Гена, снова поймал на плагиате...Нехорошо чужую

гениальную тираду делать своей...(кладет трубку).


Раздается новый звонок.


Ленин. Смольный... то бишь Кремль на проводе......Кто, кто говорит?

Минуточку, сейчас запишу (подходит к столу и берет из стаканчика ручку, с

любопытством рассматривает ее). Вот это да, мой "паркер", подаренный мне

Армашей Хаммером...(в трубку) Передавайте по буквам...Ш - шобла, А - ангина,

Англия, Арманд, Н - Надя, Надюша, ой, милая моя, куда нас

занесло...Шанды...Тьфу, так это вы, Иван Васильевич...


Голос Шандыбина. А я думал он и впрямь гений...Я Шан-ды-бин, но не

Иван, а Василий Иванович...


Ленин. Хорошо, хорошо, Вася, не будем мелочиться. Вы взяли Белый дом?


Голос Шандыбина. Мы, товарищ Ленин, в революционном порыве немного

промахнулись...(Пауза)...


Ленин. У меня каждая минуту на счету, а вы там никак не можете

растелиться...


Голос Шандыбина. Мы, Владимир Ильич, вместо Белого дома овладели

Желтым...Бой был жестокий, ибо деклассированный элемент Кащенки очень

сопротивлялся, но мы его железной десницей того...


Ленин. Надеюсь, премьер-министра вы все же арестовали?


Голос Шандыбина. И уже расстреляли, но не успели мы перезарядить ружья,

как мои люди доставили еще троих Касьяновых...И двух Чубайсов...Но что самое

поразительное, больше всех было ваших однофамильцев и теперь мы не знаем,

что с ними делать...


Ленин. Минутку, я посоветуюсь с товарищем Сталиным...(к Сталину) Скажи,

Коба, по совести, у тебя бывают дежа вю?


Сталин. Никогда! Я питаюсь продуктами исключительно отечественного

производства...


Ленин. (задумчиво) Понятно, Сосо, и очень приятно это сознавать...(в

трубку) Слышь, Василий Иванович, мы тут проконсультировались с главным

стратегом и пришли к выводу, чтобы вы из товарищей придурков создали

образцовый сельскохозяйственный кооператив имени Розы Люксембург...


Голос Шандыбина. Да...Но...Как бы вам это сказать...


Ленин. Не заикайся, руби по-большевистски - прямо и горячо.


Голос Шандыбина. Рублю, товарищ Ленин с плеча: пока вы с вождем всех

народов там сюсюкались, мы с Анпиловым под железную гребенку причесали всю

эту вонючую клиентуру...


Ленин. Ну что ж, революционная ситуация имеет свои законы. И если уж

метать икру, то только черную...Действуйте, в том же духе, Шандыба!


Голос Шандыбина. Есть, нам трижды повторять не надо...А насчет икорки

это вы верно подметили...


Ленин. Икра - это мое иносказание, марксистское эсперанто... Однако,

любезнейший, с икрой, какой бы черной она ни была, революцию не сделаешь.

Для социалистического переворота очень нужна зелень,салат с ликами

буржуазных президентов... Надеюсь, вы, Шандыба, понимаете мой тончайший

намек?


Голос Шандыбина. А как же, я ушлый малый...Нужны, Владимир Ильич, бабки

и очень много...


Ленин. Желательно в пудах...


Шандыбин. Я напряженно думаю, где и у кого их можно немедленно

экспроприировать...


Ленин. Так думайте же! От скорости движения ваших ограниченных извилин

будет зависеть судьба пролетарской революции...


Шандыбин. Вспомнил, Владимир Ильич! Чтобы иметь много бабок, надо взять

за кадык одного БаоБАБа...


Ленин. Это партийная кличка?


Шандыбин. Олигарх, клептоман, каких мир еще не видел...Профессор

умыкания отечественного имущества в космических масштабах...


Ленин. Говорите адрес, где наши доблестные чекисты могут перехватить

этого перетрудившегося жулика...


Шандыбин. На родине Железной Леди...


Ленин. Намек понял: на островах, где писался "Капитал"? Что ж, для

такой контрреволюционной сволочи символично прятать концы в тумане...


Шандыбин. А можно внести одно суперконструктивное предложение, товарищ

Ленин?


Ленин. Хоть два, если речь идет о спасении мировой революции...


Шандыбин. Разрешите нам с Колей Харитончиком самим захомутать этого

БаоБАБа...У нас к нему личные счеты.


Ленин. Только не переусердствуйте и ничего личного: общественный хомут

должен крепко захомутать его выю...


Ленин кладет трубку и начинает внимательно разглядывать себя на

картине, висевшей напротив него.


Сталин. Что это? Вах-вах, у меня голова идет кругом...


Кабинет вдруг начинает кружиться, набирать обороты и, заметив это,

Ленин бросается в кресло и закрывается газетой "Правда"...Сталин становится

на корячки, зубами ухватившись за обшивку кресла.


Голос Ленина из-под газеты. Это, кажись, начался мировой пожар,

который, наконец, сметет всю буржуазную сволочь...


Кабинет между тем превращается в вихрь и все, что лежит на столах,

висит на стенах, начинает срываться со своих мест и разлетаться по сторонам

(видимо, постановщикам этой сцены придется прибегнуть к техническим

ухищрениям в виде центрифуги).


Сталин. Боюсь, это будет похлещи битвы под Курском...Но еще минута и у

меня с задницы слетит галифе...Владимир Ильич, вы что-нибудь слышали о

центробежной силе?


Ленин. Нас, отпетых большевиков, должна интересовать только одна сила -

центростремительная, ибо центральный комитет...Однако и у меня того и гляди

порты пойдут в разлет и сам я, кажется, начинаю воспорятся...


Газета, которой укрывался Ленин, взлетает и, превратившись в бумажный

самолетик, бешено начинает кружится по кабинету. До зрителей доносится

нарастающий звук реактивного двигателя, который все более и более становится

громоподобным. Ленин вылетает из кресла, Сталин в тщетной попытке

удержаться, падает на живот и его отбрасывает к стене, распластавшись на

которой в позе распятого Христа, замирает.


Сталин. Вот это цунами...Вах-вах, чтоб я так жил, это пришел за нами

этот невыносимый для моего большевистского нутра Фактор...


Ленин. (легкомысленно) Ах, человек...смешное существо: вся мудрость - в

легкомыслии его...Однако, это уже не смешно...


Неведомая сила тащит Ленина в сторону дверей и, словно снаряд,

выталкивает его наружу...То же самое происходит со Сталиным.


Слышатся нестройные звуки интернационала: "Мы свой, мы новый мир

построим..."


## Действие четвертое.


В Мавзолее. За столом, покрытым кумачом, восседают трое: Берия (в

центре), Ежов и Негода. Напротив них, за решеткой, сидят Новодворская,

ряженый Ленин, Жириновский, Лимонов, Митрофанов, ряженый Гитлер и др...Рядом

с клеткой на высоком стуле сидит существо с рожками и хвостом - адвокат

подсудимых Бес Бескопытный.


Берия. Итак, заседание тройки продолжается...Вопрос к экс-девице

Новодворской...Скажите, мамзель, правда ли это, как написано в этом письме

(Берия разворачивает листок бумаги и читает), ваш половой орган расположен в

промежностях не вдоль, как это бывает у нормальных людей, а... (смеется,

поглядывая на Ягоду и Ежова)...а совсем наоборот - поперек?


Бес Бескопытный. Протестую! Вопрос для моего клиента оскорбителен и

бестактен, ибо это вопрос физиологии и произвола природы, а не суть

преступного умысла моей подзащитной...


Берия. Заткнись, бестия, здесь не кунцевский окружной суд...Итак,

экс-девица Новодворская, отвечайте по существу на заданный вопрос...


Новодворская. Я готовенькая сотрудничать с судом, для чего предлагаю

провести экспертизу на месте. (поднимает подол юбки и обращается к суду)

Любой из ваших убийц может подойти и убедиться в ...геометрии, то бишь в

планиметрии, то есть в топографии того органа, который больше всего вас

интересует...


Берия. (обращаясь к Ежову) Коля, удовлетворим просьбу эсеровки, поймаем

эту плутовку на лжи?


Ежов. Я, конечно, не против, но боюсь вакуумного эффекта, ввиду моего

небольшого роста.


Берия. Это приказ. Кто-то же из нас должен делать грязную и опасную

работу...


Ежов. Перед всем народом и партией стою на коленях и прошу помиловать

меня, сохранить мне жизнь (из прошения Ягоды Сталину).


Берия. Как тебе не стыдно, Коля, вымаливать себе пощаду?.. Помни,

сынок, этого требуют "большие и великие интересы", перед которыми "личные

судьбы преходящи и мизерабельны"...


Ежов. Да, да, я понимаю и готов на все...


Ежов поднимается из-за стола и, пошатываясь, входит в клетку. Стоит

несколько минут перед Новодворской затем резким движением падает на колени и

засовывает голову под юбку Новодворской. Тишина. Лишь какие-то тени время от

времени проносятся по внутренностям Мавзолея. Проходит время. Новодворская,

закрыв глаза и откинув назад голову, руками прижимает к себе того, кто у нее

под юбкой. Издает не горестные стоны.


Новодворская. Сам Бог тебя ко мне прислал, я Клеопатрой чувствую себя,

но Лаврик все же не соврал, То главное проходит поперек меня...


Берия. А что я говорил! Коля...слышь, Николай, ты случайно там не того?


Молчание. Берия поднимается и сам направляется в клетку, где находятся

подсудимые. За руку здоровается с Жириновским и ободряюще похлопывает по

плечу Зюганова. Лимонова дружелюбно потрепал по щеке и поправил тому волосы.


Берия. Молодцы, ребята, держитесь по-нашенски, по большевистски, обещаю

- долго мучиться не будете...(подходит к безучастной Новодворской, трясет ее

за плечо). Эй, мамзель, не притворяйся убитой голубицей и яви публики свой

необузданный меньшевистский темперамент...(Ощупывает то место, где должен

находится Ежов, но рука проваливается в складки юбки). Мать честная, Коли

нет! Караул, быстро оцепить зал заседания и никого ни туда, ни обратно...


Жириновский. Однозначно, Николу засосало...


Лимонов. (глубокомысленно) Козлы, не все стригите, что растет...


Зюганов. Женщины не умеют ждать, помните об этом...


Новодворская. Какое счастье употребить гэбиста! О, фавны, если б знали

где, сейчас лежит злодей НКВД...


Ряженый Ленин. (бросается к ногам Новодворской) Сработал вакуумный

насос, Надежда, жаль тебя до слез...


Ряженый Гитлер. Будь я проклят, если это не абсурд!


Митрофанов. Само собою, палачу - капут...


Бес Бескопытный. (злорадно) Всегда я говорил, что человек скотина из

скотин, мерзавейший мерзавец, задолбанный скопец, мурло бесхвостое и,

наконец, столбоподобное творенье. Я ухожу от вас в стада своих собратьев, к

котлам, где варится гудрон и сковородкам, в которых скоро будут жариться

останки ваши (соскакивает со стула и прыжками удаляется в темный угол...).


Берия. О, тоже мне пилюля от часов, нашел кому и где читать мораль. Вот

я сейчас... Я сейчас вам, контрреволюционные мерзавцы, по пунктам оглашу -

кому, за что, и за какие прегрешенья положено то пуля в лоб, то девять

граммов в затылок... Счас я вам....Итак: Владимир Ж., ему вменяется вина:

предательство, измена родины, контрреволюционная и антисоветская пропоганда,

голубизна знамен, потрава сельхозугодий, преступное глумление над памятью

вождей...


Жириновский. Каких еще вождей?! Здесь вождь один и ты, прохвост, по

имени Лаврентий, за все ответишь перед народом...


Новодворская. И этот про народ блекочет...


Жириновский. Заткнись ослица, а не то я вытащу свой шланг и окроплю

тебя мочой янтарною своею.


Новодворская. Хамишь, браток, меня так просто не возьмешь...


Ряженый Ленин. Еще одно твое слово и я тебе, Жир, закатаю в морду.


Берия. Владимир Ж., вы обвиняетесь во всех грехах земных, а потому вы

будете превечно мыть языком своим поганым все унитазы мира... А сейчас

можешь вякнуть свое самое последнее слово в твоей самой последней жизни...


Жириновский. (потупясь, покаянно, просяще повторяет сказанное Бухариным

на суде над ним) Я внутренне разоружился и перевооружился на новый

социалистический лад...Дайте возможность расти новому, второму Жирику -

пусть будет он хоть Петровым. Этот новый человек будет полной

противоположностью умершему, он уже родился, дайте ему возможность хоть

какой-нибудь работы...


Берия. Аминь. Работу тебе найдем, по совместительству - будешь мне

чесать одно заветное место...Следующий...ГенЗю обвиняется в оппортунизме и в

подмешивании вождям трудового народа в чай стрихнина в количестве не

совместимым с жизнью...Последнее слово, прошу...


Зюганов. Я стою на коленях перед Родиной, партией, народом и его

правительством и прошу...о помиловании...


Лимонов. Сломался-таки железный Зю! А говорил: народа, народ, мы

победим, мы победим...


Берия. Как я устал трудиться на два фронта. А ну-ка, Ягода, ты теперь

возьми процесс в свои кровавые руки...


Ягода. Лимон...Савенко или Савинков? Ты, посмотрю, бесстрашен, когда

дело касается анально-оральной любви...Посмотрим, что ты о себе поведаешь в

последнем слове...


Лимонов. Презрение к таким как ты - высшее бытие факта...Но если жалко

пули, не стреляй...


Ягода. (посовещавшись с Берией) Ну что ж, любезный борзописец, тебе

конец - венец-свинец...Следующий...Ах, это, шельма, ты, пролаза, клон,

припадочная копия вождя...


Ряженый Ленин. Да это я и тем горжусь, в политике - ни зги, а сей

мраморобокий бордель я поделил с одним придурком лысым...(Обращаясь к

Новодворской) Прощай, подруга дней моих суровых...


Новодворская. Нет большего мученья, чем о поре счастливой вспоминпть...

Скоты, мужланы, трусы, чернь российских регионов, как я устала изрыгать

проклятья. Но я полнею, черт меня возьми (оправляет на себе платье), и,

кажется, сейчас меня приговорят к...


Берия. Ну, голубки, взлетайте к праотцам, где кущи райские и тени

Троцкого с Бухариным витают...Но что это за звуки? Ягода, ты случайно не

голубя пустим в сем склепе обетованном? Смотри, пока что и на тебя управа

есть...Эй, Бес, неси же наконец, свои сковороды, пора нам полизать каленое

железо, а то до чертиков усталость одолела...


Бес подвозит тележку, над которой парят дымки. В это время Мавзолей

содрогается, начинается вращение, нарастают громовые раскаты. Вбегают Ленин

со Сталиным.


Ленин. О, Маркс, какая публика тут собралась! А я то думал, революция

вовсю вершится.


Подбегает к саркофагу и пытается подставить лестницу. Начинает по ней

взбираться, но ноги не слушаются и вождь все время срывается.


Сталин. Давно я не лежал в сем Мавзолее...(подпирает Ленина плечом) Дай

подсоблю, а то ты в панике все бейцы отобьешь...


Ленин, наконец, влезает на саркофаг и принимает ораторскую, ленинскую,

позу. Сталин усаживается на одну из поперечен стремянки и остается в позе

глубоко задумавшегося вождя всех народов.


Митрофанов. Дежа вю! Такое я когда-то видел в страшном сне. (К

Жириновскому) Владимир Вольфович, очнитесь, такого больше ни за какие

нефтяные доллары не увидите.


Жириновский. Ты лучше посмотри на Лаврика, как рожа этого подонка

превратилась в крысохарию...


Ленин. Заткнитесь, люмпены, я вам сейчас прочту лекцию о мракобесии. А

где моя кепка? (смотрит по сторонам и увидев ряженого Ленина, обращается к

нему) Эй, жалкое подобие величия, одолжи мне свой дурацкий колпак, он

придаст мне больше прыти.


Ряженый Ленин на цыпочках подходит к саркофагу и протягивает кепку

Ленину.


Лимонов. Вот же сброд, любой Гарлем со всеми его шлюхами мне видится

отсюда алтарем...


Ленин. И вот, когда любимой мною Коба вдруг заговорил о каком-то

Факторе, я подумал, что в природе что-то стряслось такое...(прислушивается)

Вот как сейчас я помню залп "Авроры", но то был выстрел явно холостой...


Сталин. Как будто бы об этом мир не знал...


Ленин. А, может, и не знал, но что с того? Ведь фабрики, заводы и

земля, в одно мгновенья превратились в собственность моих любезных

пролетариев, которых видел я в подзвездном единенье...Но вышло так, что меня

предали снобы, козлы и козлотуры, мудилы и педанты, а главное, меня

ошельмовали вы (резкий выпад руки в сторону клетки), абортыши от

демократии...И это я считаю мрако-бе-си-ем...Эх, яблочко, куда ты катишься,

в руки Кобы попадешь и закатишься...(танцует на крышке гроба).


Сталин. Вот благодарность за всю мою бесчеловечную верность. Где

правда, Лаврик? И почему у тебя такая кислая рожа?


Берия. Я думаю, под какую бы статью этого плясуна подвести.


Сталин. Спроси об этом у Ягоды, он мастак на такие выдумки.


Ягода. Я очумел от такого зигзага истории. Но, несмотря на мою заумь, я

предлагаю этого высморкаша, то бишь Ульянова Владимира, под подпольным

псевдонимом "Ленин", разоблачить и лишить титула "основоположник". Пусть

побудет в нашей простецкой шкуре...


Сталин. Ты окуел, Ягода: если такое решение мы примем, то кем же в

истории останусь я без этого придурка? (кивок в сторону Ленина).


Новодворская. Кем был, тем и останешься - тенью фантома, тенью тени, в

которой растут одни мухоморы...


Ленин. Однако далеко зашла гражданская война, я думаю, нам надо срочно

помириться перед лицом угрозы мирового империализма...


Зюганов. Вот так бы сразу, дорогой Ильич! Без единства левых

народно-патриотических сил эту перловку не расхлебаешь...


Мавзолей снова сотрясается, начинается круговое движение, переходящее в

вихрь. С лавок на пол падают Берия с Ягодой. Дверца клетки с металлическим

звуком захлопывается и сидевшие в ней люди подымают невероятный шум и гам.

Сталин сваливается со стремянки, Ленин бухается в гроб и пытается натянуть

на него крышку. Из клетки, сквозь шум и крики слышатся звуки Интернационала,

песни Хорста Весселя и гимна Советского Союза...


Сталин. Чтоб я так жил...чтоб Кавказ был предо мною, чтобы парус

одинокий над горизонтом, чтобы контрреволюция победила, если это не Фактор.

(Сталин по- пластунски ползет в сторону темного угла). И где же историческая

справедливость и не менее историческая память? А мои десять сталинских

ударов? О, ужас, обретает формы! И, значит, я действительно ничто, коль

возобладал сей бестелесный Фактор, и Ленин... о, вождь, ничтожен ты однако,

и все, кто шел и прыгал за тобой, и Феликс в том числе, наш железный рыцарь,

и, стало быть, Бронштейну лоб мы раскроили зря, и коллективные хозяйства -

псу под хвост, и все Коминтерны - гримаса краснобаев, и Ильичи, Никиты и

Михайлы - все в задницу коту...


Ленин. (поднимая ногой крышку гроба) Однако ты, Коба, не перегибай, я

за тебя, засранца, поручился и вот что вышло - понять ты потрудись...


В это время в Мавзолей вбегают Харитонов с Шандыбиным. Оба в кожаных

тужурках, в буденовках, с наганами в руках, тащат за собой пулемет

"максим"...


Шандыбин. Что за шум, а драки нет? За углом ГУМа Фактор, пора бы

определиться...(подходит к клетке и спрашивает у Зюганова). Ты, Гена, за

кого? За нас или за них? (дулом пистолета указывает на других сидельцев).


Зюганов. Закрой хлебало, ломовой извозчик! Я вижу тут абсурдом пахнет,

страшным сном и, видимо, все мы больны белой горячкой.


Харитонов. Ну, Гена, так скажи же - с кем ты и каков твой план? А чтобы

настроение тебе поднять, могу обрадовать: нам удалось в туманном Альбионе

Березу БаоБАБа отыскать. Сначала упирался, но его мы убедить сумели

(стреляет в воздух) и он, успев собою овладеть, грозится Фактора деньжурой

одолеть. Вот чек (достает из кармана бумагу) на мильон эскудо, как видишь,

не пожадничал Иуда и ты об этом доложи вождю...


Зюганов. Вы опоздали, назревает хаос и Ильич готовится себя

захоронить...


Сталин. О, Фактор, сейчас он будет здесь, а я уже в углу, меня не видно

и не слышно...


Голос Берии. Тебе так только кажется, Сосо...Бухарчик тоже думал так,

но мы его в распыл пустили, причем из двадцати семи стрельнули мы его

последним. Подали, так сказать, его мы на десерт истории...


Голос Ленин. Гурманы хреновы, сейчас из вас состряпают омлет...Какие

олухи царя небесного! И это я для них готовил тот переворот, а перед тем жил

в шалаше, на Капри от жарищи загибался, чуть не упал с броневика, когда о

тезисах апрельских мир оповещал...До сих пор лодыжка ноет, в душе нарыв и

вот-вот он разорвется и гной по всей Руси ручьями разольется. Ах, черт, как

сотрясает эту люльку, как будто десять тысяч красных латышских стрелков

раскачивают Исаакиевский собор... ой-ей, сейчас тут будет что-то пострашней

стрелков, похлещи ВЧК и пострашней Кронштадта...А эта пигалица,

Надя...необъезженная Каплан, сейчас, наверное, до слез смеется и думает, что

вся правда в ее эсеровских словесных испражнениях...А может, она любовью

извращенческой ко мне пылает и думает...нет, не думает, а бредит бредовою

своею сиволапостью, возвысившись над мулоподобным Жириком и толстозадым

Геной? И, быть может, тем более еще, или еще тем более, она меня возлюбит,

когда узнает о моем приемчике неброском...Итак, Володя, соберись, отбрось

всю ересь ВКП(б), наплюй мокротой гнойно-кровавой на все интернационалы, и

желто-коньячной струей своей мочи всех пролетариев святейше окропи...Пусть

захлебнутся, если я для них плох и если все меня предали и продали...И я их

предаю и, задохнувшись озарением смертельным, я начинаю ор на всю Вселенную,

которую я ненавижу лютой ненавистью. И я, раздвинув ребра до последнего

винта, кричу, не зная, правда, для кого, и для чего, но все ж кричу: назад

меня отправьте, туда, где черви дождевые обитают и корневища трав

произрастают, где хладно летом и зимой тепло, где миллиарды до меня легли и

впредь туда улягутся сто миллиардов. В землю хочу, я из нее пришел, туда

вернусь, назло вам, дуралеи, назло не доеному стаду лошаков, назло

центристам, левому крылу, назло олигархам и политическинезрелыммудакам...Я

все сказал, на все я наплевал и все предал презренью, остракизму и лучше под

землею скисну, чем снова возвращусь к ослицам и ослам...Аминь, да будет

земля тебе, Ильич, оренбургской шалью, а сам ты - самоцветным камнем, к

которому не зарастет козлиная тропа. Гуд бай, мой ливер, что в банках со

спиритом сохранился, гуд бай, мой мозг, который выше всяческих похвал...но,

к сожаленью, был востребован чернью, которая сейчас мя унесет в какие-то

подземные чертоги на Никольском, а может, и на Пискаревском...А впрочем,

пошли вы к черту, олухи и лохи, апостолы и остолопы, я был живее всех живых,

теперь я буду всех мертвей...


Ленин опускает ногу и крышка гроба с грохотом захлопывается.


Шандыбин. Вождь болен политической ветрянкой, вон какие у него на лбу

выросли рога.


Зюганов. Ты сам зараза, от тебя несет мочеными портянками...


Шандыбин деловито подходит к гробу Ленина и пристраивает с одного угла

стремянку.


Харитонов. Василь Иванович, куда несет твои маслы? У нас нет времени...


Шандыбин. Мой святой долг забить пролетарский гвоздь в гроб этого

гениального гопника. Надо же, поднял на уши полмира, а теперь захотел

смыться под землю. Вот я сейчас тюкну по шляпке этого золотого гвоздика и он

приколет крышку к основанию этой, с позволения сказать, люльки сионизма...


Под крышкой беснуется Ленин, стучит кулаками об стекло, сучит ногами,

исступленно бьется головой о борта саркофага.


Голос Ленина. Товарищи трудящиеся, красноармейцы, депутаты рабочих и

крестьян! Я категорически против такого люмпенского произвола! Мое

политическое завещание таково: пусть Коба...и только Коба, вобьет последний

гвоздь в мой гроб и тем самым продемонстрирует всему миру наше с ним

большевистское единение. Это принципиальнейший вопрос эпохи...


Голос Сталина. В гробу я видел наше единение. Тут скоро будет Фактор, а

мне ни с тем и ни с другим не по пути...


Голос Жириновского. Оказывается, в России я самый дальновидный антроп:

я всегда призывал отправить Ильича в компост и на тебе - свершилось.


Из темного угла показывается чудная фигура с рогами и хвостом, в

белоснежной мантии. Тень от нее карикатурно перемещается по заднику сцены.

Фигура подходит к столу, садится за него, берет в руки бумаги. Тут же

подбегают к столу еще двое рогокопытных и занимают места народных

заседателей. Несколько бесенят хватают Шандыбина и Харитонова и втаскивают в

клетку.


Харитонов. Аграрии, что здесь творят нечистые!? Я требую вмешательства

правоохранительных органов...


Шандыбин. Я - под депутатским иммунитетом! Если что - ответите мерзавцы

парнокопытные по всей строгости!


Лимонов. Ничто в жизни так не воодушевляет, как то, что в тебя стреляли

и промахнулись...


Главный Бес. Именем Революции и от имени Революционно настроенного

военного трибунала, выношу приговор здесь собравшемуся сброду

(откашливается, прочищая голосовые связки, и пропевает куплет из "Фигаро").

Памятуя, что "жизнь не всегда тем лучше, чем дольше, но смерть всегда чем

дольше, тем хуже", выношу приговор: за мужеложство, скотоложство,

некрофилию, зоофилию, педофилию и мракофилию, господа Жириновский, Зюганов,

Лимонов, а также неповторимый, несусветный невежда Шандыбин, а также

всепоглощающий аграрий Харитонов и еще два-три бездаря и клона, а также

наисветлейший генералиссимус под кодовым названием

Кобо-Сосо-Джугашвили-Сталино-Ленин-Мерзопакостный и др. приговариваются к

пожизненному мракобесию строгого режима. Госпожу сплетницу и политическую

бабочку, ангажированную склочницу и лучезарнонимбовую экс-девственницу

Надежду Новодворскую осуждаю на вечное гробовое молчание с отправкой на

перевоспитание к евнухам гарема Саддама Хусейна... Митрофанова, суть

наихитрейшую бестию, суд счел возможным для полного и безоговорочного

перевоспитания поселить на вечные времена в одной коммуналке с Макашовым...


Митрофанов. (истерически) Никогда, лучше повешусь на собственных

шнурках или внезапно умру от стресса!..


Главный Бес. А вот и сам генералоподобный метерщинщик появился.


Вбегает растрепанный, с свисающим с плеча погоном, генерал Макашов.


Макашов. (крича ором) Какая тут сволочь тормозит диалектический ход

истории? (Пауза, после того, как увидел, собранных в клетке людей) Вот это

да, вот это благородное собрание! А где мой любимый и незабвенный Иосиф

Виссарионович? (ищет глазами вождя всех народов). Или у меня зрение

вследствие моей жидо-масонской ненависти стало сдавать или товарищ Сталин

научился так здорово маскироваться. Ау, тов Сталин, отзовитесь! Прошу вас,

сейчас тут будет рвать и метать Фактор ВВП и я хочу вам помочь отсюда

выбраться...


Голос Сталина. Там, где нет воли, нет и пути...


Голос Ленина. Опять не прав этот гаденыш Коба...Как в лужу пукнул:

светлый Путь всегда там, где нет воли...


Жириновский. Зато есть Фактор... О, черт, вот он уже входит, вернее,

влетает в нашу трижды и четырежды безнадежную действительность...


Толпа в клетке реагирует пением соловья, стрекотом сороки, воем волка,

лаем собаки, кликом осла, воркованием голубицы, ржанием лошади...

Завершается какофония троекратным "ура!"...Когда клич замолкает, из темного

угла слышатся очень тоскливые звуки "Где же ты моя, Сулико?" Черти в панике

мечутся по сцене, истерически срывают с себя мантии и присоединяются к

находящимся в клетке...


На золоченой колеснице, в которую запряжена белая лошадь, стоя, в

одежде древнеримского гладиатора, с мечом и щитом в руках, въезжает

белокурый Фактор. Он красив, мускулист, лучезарен, латы на нем отливают

золотом... Торжественно звучит гимн России...


Лимонов. Ага, сам гладиатор к нам пожаловал...


Голос Зюганова. (подпевает) Нас вырастил Сталин на верность народа, на

труд и на подвиги нас вдохновил...


Голос Жириновского. Заткнись, ЗюГенАндреевич, сейчас начнется

светопреставление...


Голос Зюганова. А я к нему уже готов, господин Жировая прокладка

Госдумы... Между прочим, да здравствует референдум! Долой прогнивший режим!


Фактор. И вот я здесь! Как Миф, как Виртуал и Актуал, как Вектор и как

Фактор. (направляется к гробу) О, жалкие мощи Экспериментатора, что от него

тут осталось? (взбирается по лестнице и всматривается в лежащего Ленина.)

Впрочем, лежит как живой, и даже, кажется, еще дышит... (громко стучит в

крышку гроба).


Голос Ленина. Накось, выкуси! (В стекле показывается кукиш Ильича).

Посторонним вход воспрещен, а я под защитой мировой истории.


Голос Зюганова. Руки прочь от вождя мирового пролетариата!


Голос Нововдворской. Протух вождь, пора его на свалку истории...


Шандыбин. Заткнись нетель! От тебе несет ежовщиной, вождь хоть и

спятил, но он навечно останется с нами.


Митрофанов. Мир движется вперед благодаря тем, кто страдает...


Голос Жириновского. Есть только один способ положить конец злу - делать

добро злым людям. В компост вождя и да здравствует ЛДПР!...


Голос Ленина. Опять Жир пересказывает чужие перлы. Кажется, товарищи,

дискуссия затягивается, а мне, наконец, пора объясниться с товарищем

Фактором. Между прочим, чтоб вы знали, одноклеточные существа, мы с Фактором

находимся под защитой Абсолюта. Скажи, Виртуал, что это так и в моих словах

столько же правды, сколько извилин в моем усеченном гениальном мозгу.


Фактор. (становясь на крышку гроба, меч в левой руке, в правой гаечный

ключ.). Товарищи неактуалы, кудесники площадных домогательств, случилось

непредвиденное. Это существо (взгляд в сторону Ленина), в силу своего

махрового эгоцентризма, необузданного своеволия и абсолютно утраченного

чувства самосохранения, перепутало божий дар с яичницей и вместо двадцать

пятого века, зарулило в век No 20. Причем в самое его начало, когда

неандертальцы еще господствовали на территории Регионов. И вот вам

результат: Экспериментатор, который должен был работать с человеческим

сознанием 25-го века, преступно, ошибочно взялся за переделку первобытного

сознания 20-го... Конечно, в этом есть и наша ошибка - тех, кто

проектировал, создавал и посылал в будущее этот в общем-то нехитрый

механизм, хотя и наделенный кое-какими человеческими качествами, и которые

являются весьма перспективными, но уже для будущих, более развращенных

цивилизацией и бездумных поколений...


Фактор наклоняется и мечом подковыривает крышку гроба, она слетает.

Ленин вскакивает, дрыгает ногами, кричит "мама, помоги!", а Фактор в это

время гаечным ключом что-то пытается в нем отвинтить. Сначала в руках

Фактора появляется шестеренка, затем - спираль, потом небольшой рубильник и

т.д. По мере разборки, вождь превращается в киборгообразное существо, с

обнаженными на теле транзисторами, диодами и пр. электронными деталями..

Всем очевидно происхождение существа по имени Ленин - это явно

механизированный робот, искусственно созданный где-то и когда-то. Фактор

бросает на землю ключ и, отвинченные от существа детали, в руках у Фактора

остается мигающий зеленым глазом аппаратик, который он и демонстрирует

присутствующим.


Фактор. Вот этот ЧИП - Чистая Историческая Правда, но... Но с одним

небольшим изъяном: здесь три провода - красный, голубой и белый... Красный

замыкается сразу на трех клеммах, что исторически ошибочно и аморально с

точки зрения Абсолюта.


Лимонов. Ты, белокурая бестия, не тяни резину, скажи лучше, в чем

проблема?


Фактор. Между прочим, и вы, сочинитель, тоже порождение этой ошибки.

Смотрите (демонстрирует оборотную сторону ЧИПа), вот провод красный...между

прочим, чтобы легче было запоминать, вспомним слово "КГБ"...Итак первая

буква "К" - значит красный, буква "Г" - голубой...


Голос Жириновской. Это мой цвет...Мой любимый, я весь дрожу от

голубизны...


Голос Шандыбина. Харитончик, закрой Жирику хлебало, а не то я сблюю...


Фактор. Итак, на чем мы остановились...


Лимонов. На хлебале Жирика...


Голос Харитонова. На КГБ...Щит и меч, но негде мне прилечь...


Голос Лимонова. Какое дикое смешение жанров.


Голос Гитлера. Умру, но не поверю...Фактор - сон и это факт

неоспоримый...


Фактор. И "Б", естественно, белый цвет, который вместе с голубым был

отдан на откуп красному и вот вам результат - Экспериментатор, известный

вам, как вождь и вдохновитель, сей ЧИП с дефектом использовал не по

назначенью, а по искривленью и недоразуменью, с отменной основательностью

невежи, ничуть не уступающего феномену Шандыбина...А между прочим, у Василия

Ивановича под третьим ребром спрятан точно такой же, дефектный ЧИП, а у

Жирика - за правым ухом, у Лимонова - в одном из двух яичек...Анпилов

ухитрился прикрепить его к гортани и чудо - как этот, вечно орущий чувак, не

задохнулся в пафосе своем революционном...А этот ЧИП (поднимает руку с

ЧИПом, демонстрируя его толпе) я на ваших глазах исправляю и все проводки по

порядку, по ранжиру и по совести космической к нужным клеммам прикрепляю

(исправляет приборчик)...


Жириновский. Ты, кто такой, чтоб тут советы нам, госдепам, раздавать?


Зюганов. Впервые я согласен с Жириком, а потому я вновь и вновь о

референдуме пекусь и если не удастся провести его, я удовлюсь...И ты за это,

бестия с мечом, ответишь...


Фактор. И если все слова, которые из ртов зловонных выпорхнули в

ноосферу, сложить на чердаке сгоревшего Олимпа, то небо оттопырется огромным

флюсом, земля провалится и минус поменяется на плюс. Всему приходит кромка,

край, конечность без подзора, и потому уйти должны вы без позора.

Постройтесь в стройные ряды, и, развернув багрянец полотнищ, уйдити в тишину

небытия, умойтесь росами, замрите там, прикройтесь фиговым листом печали, а

то, гляжу, вы поголовно все тут одичали...


Митрофанов. Он, видимо, нас принял за ослов.


Возглас. Смерть гладиатору, да здравствует пролеткульт и китайская

революция!


Второй возглас. Он нас того... подвесит вниз черепушками...


Третий возглас. Но прежде обсосет наши бедные косточки.


Отчетливый голос Жириновского. Если такой смелый, пусть приходит в

Госдуму на пленарное заседание, тогда посмотрим, кто кого обсосет...


Зюганов. Блаженны изгнанные за правду...


Новодворская. Тоже мне выискался Матфей из главы пятой стиха десятого.

Гладиатор ничуть не хуже вас, мои неуважаемые питекантропы, он по крайней

мере калорийнее...


Фактор. Нелюбовь, нелюбовь, нелюбовь. Изъеденная молью вечности

нетерпимость и, между прочим, упыри, я вас тоже не лю... Среди вас много

званных, но мало избранных...


Жириновский. Врешь, бестия, я весь из себя избран народом...


Лимонов. Не завирайся, Жир, ты свой мандат купил на Тишинском рынке...А

гладиатора я предлагаю расчленить, разрезать на куски, расфасовать и в

розницу, в консервном виде, пустить из-под прилавка...


Зюганов. Согласен я! Не сделай мы этого, затрещина ополоумит нас и

будем мы последними придурками на свете.


Шандыбин. Глушить пришельца! И первым я пойду на бой (выбирается из

толпы и направляется в сторону Фактора).


Макашов. И я с тобой, Васютка Иванов, раскроем его череп до мозгов.


Харитонов. А может, подождать пока рассвет не клюнет нас в зрачки?


Голос ряженого Гитлера. Я так и знал, что в эту ночь никто не сможет

мне помочь.


Голос ряженого Сталина. Урок я получил кровавый и полон весь

идеологической отравой. А потому я умываю руки.


Голос ряженого Ленина. Я тоже сыт по горло суетой, мне кажется сей

Фактор золотой.


Шандыбин. А его ударю по ланитам, посмотрим, что в нем общего с

гранитом...


Шандыбин подходит и бьет палкой по Фактору, то же самое делает и

Макашов, но Фактор стоит непоколебимо..


За решеткой поднимается невообразимый шум. Начинается потасовка. Клетка

рушится и на сцене происходит примерно то, что должно по фантазиям

мистических триллеров происходить с людьми, на глазах превращающимися в

вурдалаков, чертей и всяческую другую нечистую силу... Люди из клетки

кусают, насилуют друг друга, бьют по головам железными

прутьями...Новодворскую Зюганов с Лимоновым завалили на пол и у нее из-под

юбки вытаскивают Ежова, он весь в слизи и крови...На Новодворскую

наскакивает партийный вождь и пытается задрать ей на голову юбку. Ему

помогает ряженый Гитлер, который в конце концов завязывает над головой

женщины узел. И ряженый Гитлер наваливается на Новодворскую и, с криком

"Хайль Гитлер", начинает движение...У Митрофанова лицо козлища, У

Жириновского - образ Сатаны с тремя огненно горящими глазами, Лимонов похож

на вурдалака, одетого в бюзгалтер... Слышатся яростные крики, сладостные

стоны, предсмертные хрипы...Словом, шабаш и беснование, которое не чуждо

только человеку...Агрессия нарастает и все скопище бросается на Фактора.

Происходит жаркая схватка. Но гладиатор искусно отмахивается мечом и

защищается щитом. Все отступают и снова звучит голос ВВП.


Фактор. Вы, скопище обрыдлых предрассудков, не помнящее связей

мирозданья! Вы все вольны и более того - самоуправны, чтобы из сновидений,

иллюзорных сладких, перенестись в не менее прекрасное вчера и там заснуть

под звуки лиры вдохновенной.


Делает клинком рассекающее движение, раздается громовой удар и потолок

растворяется. Солнечный свет, хлынувший с высоты, наполняет все помещение.

Фактор протягивает к свету руки и постепенно начинает подниматься. Он парит,

делает круг по Мавзолею и растворяется в с сполохах света.


Персонажи кучкуются, строятся в стройную колонну и с красными флагами,

под команду Макашова "левой, левой!", направляются в темный проход, ведущий

в подземелье...Шаг тверд и ритмичен. В ритме аллегро звучит музыка и хор

краснознаменного ансамбля песни и пляски исполняет известную песню "Мы

жертвою пали в борьбе роковой..."


## Финал.


Сцена у кремлевской стены, возле могилы Сталина. Со стороны Мавзолея,

катя перед собой одноколесную тачку, тащится Сталин, на нем мундир

генералиссимуса весь в клочьях. В тачке, судя по видневшейся лысой голове,

находятся останки Ленина. Перед могилой Сталина тачка замирает, на надгробие

взбирается Сталин и, приняв позу оратора, и, прочистив горло бравурным

пением "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью", начинает речь...


Сталин. Вот и финита ла комедиа...прости меня Господи (крестится). А я

ведь тебе, Ильич, еще в 17-м году гуторил, что народ - это еще та

профурсетка. Рано или поздно предаст. Или даст другому. И вот он дал

Фактору. Между прочим, симпатичный молодой человек и при известных

обстоятельствах я бы ему, наверное, тоже дал бы... лет двадцать-двадцать

пять строгого режима в воркутинском лагере. И пожизненная ссылка на остров

Врангеля. И, если честно, по-пионерски наичестнейше, мне-то было на народ

наплевать, тем более он русский, а я - геноцвали. И чем меньше первого, тем

легче дышится второму. Скажешь, что я националист. Да, националист, но не

эгоист. (достает из кармана аппаратик с зеленым глазом) Это я позаимствовал

у ЗюГены, ему он все равно больше не пригодится. (сходит с надгробия,

наклоняется над тачкой и вкладывает ЧИП в тело Ленина). Потерпи,

да-ра-а-гой, сейчас почувствуешь легкое покалывание в предстательной железе,

затем начнется небольшая ломота в гениталиях, потом захочется писать,

чихать, кричать, сочинять апрельские тезисы, призывать глупых людей к умной

революции...О, да я смотрю, ты, Ульяша, действительно, живее всех живых...


Одна нога Ленина, свесившаяся с тачки, начинает дергаться, дергается и

рука. Голова поворачивается и все видят обыкновенный череп с пустыми

глазницами. Пытается встать. Падает, снова встает и с помощью Сталина

выходит из тачки. Начинает приседание, машет руками, делает разминку шеи и

плечевых суставов. Зевает, потягивается.


Голос Ленина. И все же, Коба, жизнь прекрасна и удивительна!..


Сталин. Ага, для кого-то она удивительна, а для кого-то...Жить - это не

значит дышать, это значит действовать.


Ленин. Я, Коба, от тебя таких умных речей еще никогда не слышал.

Впрочем, это очередной плагиат...И что ты предлагаешь?


Сталин. Предлагаю предложение из уважения и остервенения.


Ленин. Звучит умно, но несколько туманно. Где твоя былая железная,

революционно-металлическая, скально-кварцевая логика, Сосо?


Сталин. Да, что-то с моею мудрой головой случилось, в нее как будто

закачали нафталин, и в жилах у меня заместо красной крови бурлит и плещется

очищенный бензин.


Ленин. (подходит к Сталину и кладет ему на лоб руку) Я так и знал:

безумству храбрых споем мы песню.(В сторону) Лихорадка Эбола явно набирает

обороты... Тебе, дорогой мой соратник, пора очиститься от предрассудков и

заявить на весь мир, что ты безумец, гамадрил, сатрап, тиран и

проходимец...Ты, Коба, террорист и мир об этом должен знать...


Сталин. О, солнце Грузии моей! Кто бы об этом рот разевал, только не

ты, плешивый душитель детей Поволжья! О, Шеварднадзе, оседлавший

родину-маму! Зачем, моя земля, ты родила меня? Зачем я столько лет вершил

суд праведный и скорый, зачем поверил тезисам этого (в сторону Ленина)

киборга и почему сегодня, в Мавзолее, я маху дал и, уползая в угол, дрожал

осиновым листом?


Ленин. Рехнулся мой соратник, слова его опасны и напрасны, а главное,

бессодержательны и тупы и что немаловажно, мы оба с Кобой трупы...


Ленин отодвигает надгробие и вместе со Сталиным становится на край

могилы. Обнявшись, они декламируют:


Весь мир - театр, мы все - актеры поневоле,


Всесильная Судьба распределяет роли,


И небеса следят за нашею игрой!


Сталин. Игра, кажись, закончена, нас Фактор одолел...


Ленин. (в сторону Сталина) Как будто парень снова поумнел...Тсс, туда,

куда уходим мы (озирается на могилу), всегда царят тепло, душистость прелых

корневищ повелевает, уютная надежность там и мерный шорох червячно-насекомой

братии...


Сталин. Ты повторяешься, браток, а это, знаешь ли, довольно скучно

(зевает)...


Ленин. И, слава Богу, что тут, под стенами великого Кремля познаем мы

освобождение от мерзкой охла...охла...


Сталин. Охлократии, браток! Будь она проклята! Однако, Ульяша, много

страшных злодейств на свете, но, может, самое страшное, признаюсь по секрету

- задушить любовь...И я тебя, соратник мой, люблю громадною любовью, а

потому и...убиваю...


Сталин хватает Ленина за горло, какое-то время они борются на краю

могилы, и когда раздается бой курантов на Спасской башне, вожди падают в

яму...Плита сдвигается, звучит вальс Мендельсона, со стороны Красной площади

появляется Фактор, одетый в камуфляж, и направляется к могиле. Встает на

плиту и делает несколько примерочных чечеточных "па"...Затем, сдвинув на

затылок голубой берет, начинает отплясывать лихую чечетку. А в это время со

стороны Красной площади все отчетливее и отчетливее слышатся восторженные

голоса. И доминирующее в них скандирование: "Да здравствует Фактор ВВП -

Властелин Времени и Пространства!!! Долой экспериментаторов, долой клонов и

Бескопытных бесов, хвала меловому периоду, сохранившему в своих толщах намек

на первозданность и очарование пластов красно-голубой глины с примесью

кварца и кремния, из чего мы построим наш дом!.." И чередуются призывы:

"Долой олигархов...Да здравстует...Долой...Да здравст...Дол...Да зд...До..."


Механический голос диктора произносит слова Екклесиаста: "Человек не

может постигнуть дел, которые делаются под солнцем. Сколько бы человек ни

трудился в исследовании, он все-таки не постигнет этого; и если бы какой

мудрец сказал, что он знает, он не может постигнуть этого..." Теперь о

погоде: вчера в Москве была сухая безветренная погода, температура

воздуха...температура воды...температура тела...температура совести,

температура нашей глупости и прочих наших несовершенств выше критической и

потому не рекомендуем из дома выходить без зонта"


Со стороны Красной площади появляется юное создание в белом,

венчальном, платье с красной розой в волосах и большим голубым бантом на

плече...Она подходит к пляшущему Фактору, он подает ей руку и возводит на

возвышение. Вдвоем, под мелодию рок-н-ролла, они начинают танцевать. Сначала

в не очень быстром темпе, затем танец убыстряется, постепенно переходя в

вихревое движение... Над Кремлевской стеной взлетают ракеты и распускаются

разноцветными букетами. Салют. С Красной площади доносится ликование, в

котором диссонансом звучат собачий лай, посвист соловья и ослиные клики...


Занавес.