# Говномет

Борис Евгеньевич Штейман

Начало повести "Постоялый двор (VR)". Социальная фантастика, сатира.

Борис Штейман


## ГОВНОМЕТ


На Екатеринослав!


- Останови, голубчик! - Я дотронулся сложенной лайковой перчаткой до плеча Никифора.

Санки тотчас замедлили ход и, скрипя полозьями, остановились.

- Куда идем, молодцы? - громким командным голосом бодро спросил я, обращаясь к отряду бойцов, идущих навстречу нестройными рядами.

Это были хмурые, тертые мужики, хорошо экипированные в зимний камуфляж без знаков различия и обвешанные оружием. Они недобро посмотрели в ответ. У ближайшего к нам один глаз был закрыт черной повязкой. Он угрожающе сдернул с плеча автомат. "Похоже на спецназ... А возможно, и контрактники... Непонятно..." - подумал я.

- На Екатеринослав, Ваше Превосходительство! - лихо козырнув, браво отрапортовал подбежавший прапорщик.

- Что за часть? Кадрированная? - на всякий случай решил уточнить я.

- Можно сказать, что и так, Ваше Превосходительство! Но... - он замялся, - с некоторой натяжкой. Как бы поточнее выразиться? Скорее, команда. А насчет - кадрированная ли?.. Так это вы, Ваше Превосходительство, в точку попали. В этом отряде практически все - бывшие работники отделов кадров, добровольцы. Надоело штаны просиживать, захотелось побузить. Виноват, захотелось настоящего дела.

"Да-да, настоящего дела, - подумал я. - Как же я это понимаю. Постоянно ждешь этого самого настоящего дела, ждешь... Не какого-то там пустякового, а подлинного, а его все нет и нет, а время-то идет..."

- М-да, забавно. И что же, неплохие стрелки?

- Не все. Но стараются. Правда, патронов маловато. Но ребята опытные, почти все срочную отслужили.

"Срочную-то они отслужили лет десять-пятнадцать назад, не меньше", - подумал я.

- За кого выступаете? За центральную власть или оппозицию?

- Пока не решили. Кто начнет верх брать, за того и двинем.

- Разумно, - одобрил я, а сам подумал: "Разумно, да не очень... Хотя с какой стороны посмотреть. Вот взять, к примеру, меня - "Ваше Превосходительство!" Это с моим-то происхождением... А с другой стороны, многое решает физия, а она у меня весьма благородная".

Одноглазого, видимо, стала забавлять возникшая ситуация. Он, сложив из пальцев подобие пистолета и направив его на нас, громко произнес: "Пиф-паф!" По идее надо было бы срочно уносить ноги, но и показывать свой страх было бы тоже не совсем правильно.

- А женщины в отряде имеются? Ведь в отделе кадров их обычно большинство, - продолжал я свой расспрос.

- Немного, но есть.

- Вот это хорошо. Без женщин нельзя. Они создают в походе необходимый уют. Ну, с Богом! - напутствовал я, подумав: "Хотя не зря говорят: баба с возу, кобыле легче. От них обычно только одни неприятности, раздор да суматоха. И вообще во всей этой истории много странного. Мы же тоже вроде бы на Екатеринослав, а движемся навстречу друг другу?.. Так что не исключено, что мы идем на Муром. Впрочем, в современной трактовке гражданской войны много противоречий. Одно и то же событие называется то восстанием, то бунтом. Так и здесь возможны несостыковки. Да и мог ли в такое время в этой местности лежать снег? Это еще один большой вопрос. С другой стороны, и на гражданскую войну не очень-то и похоже. Ладно, не будем забивать себе голову разными сомнениями. Хотят на Екатеринослав - ради бога! Как говорится, ветер в спину..."

Снова заскрипели полозья, заискрился снежок. Легкий морозец слегка пощипывал щеки и нос. Медвежий полог приятно согревал ноги. Впереди показался еще один, довольно странный отряд, медленно ковыляющий по дороге в попутном направлении. От него отделилась хрупкая фигурка и бодро направилась нам навстречу.

Я снова коснулся плеча возницы, и санки остановились.

- Мария Стахова, командир Второго сводного коммунистического отряда православных пенсионеров! - старательно, четко выговаривая слова, доложила бодрая старушонка. Она была в телогрейке, перетянутой многочисленными ремнями, теплых ватных штанах и небольших самокатанных валеночках.

- А по батюшке? - спросил я.

- Никаких отчеств, просто Мария! - возразила она твердо. - Мы все товарищи по оружию. Пол, возраст, звания не играют никакой роли. В этом вопросе, товарищ военком, у нас полнейшая демократия.

"Военком? - задумался я. - Впрочем, почему бы и не военком? Тоже звучит вполне себе неплохо".

- Это хорошо! - одобрил я и поинтересовался: - Все добровольцы?

- Так точно! Не можем дома сидеть. Отечество спасать надо!

- Да, отечество спасать, действительно, надо, - подтвердил я, но на всякий случай решил прояснить ситуацию, чтобы в дальнейшем не было недоразумений с исторической точки зрения. - От кого планируем спасать?

- Как от кого? От американцев, разумеется, да от китайцев! Ну и Талибан [1]может подгадить. Это они завсегда пожалуйста!

"Кажется, наше время, - с облегчением констатировал я. - Или же ближайшее будущее".

- Верно. Но не забывайте и про войска Североатлантического альянса! Они постоянно готовы какие-нибудь каверзы учинить.

- Не забудем! Но лишний раз напомнить не помешает. В общем, гран мерси. Сие по-французски означает большое мерси, чтоб вы знали.

Эту шпильку я пропустил мимо ушей. Люди устали и еще неизвестно, какие испытания их ждут впереди.

- И что, все, так сказать, возрастные кадры? - продолжил я расспрашивать старушку.

- По-разному, товарищ военком! От шестидесяти до девяноста пяти. Как говорится, шестьдесят плюс. Вот, к примеру, Лизка-минер. Ей девяноста три, как раз недавно отметили. Но взрывное дело знает, дай бог каждому! Настоящий ас!

Старуха по выправке не уступала прапорщику.

- У вас превосходная выправка, - похвалил я ее. - Видимо, в прошлом спортсменка?

- Так точно! - слегка порозовев от удовольствия, ответила она. - КМС [2]по спортивной гимнастике.

Слова "так точно" она выговаривала с особенным удовольствием.

- Это видно. И что, все идейные?

- Все как один! Чего по домам-то сидеть? Ждать, пока с косой придет? Это не для нас!

Я вгляделся в ее бледное, иссеченное глубокими морщинами лицо. Негатива добавляли желтые подгнившие зубы. "Или лицо, или фигура, - вспомнилась мне расхожая мудрость. - Впрочем, пара визитов к косметологу да хорошее протезирование могло бы поправить ситуацию. И можно было бы замуж выдавать... Вечно хочется как-то помочь человеку, хотя понимаешь, что плевать он хотел на твои советы".

Большой маузер с деревянным прикладом-кобурой доставал ей до колена.

- Откуда пистолет? - поинтересовался я.

- Пришлось одолжить в Музее революции, - нехотя объяснила она. - Хотя можно было бы, конечно, взять в интернете, но несколько дороговато. Пенсия, сами знаете, какая!

- Знаю, еще как знаю, товарищ Мария! Может все же подвезти? - на всякий случай предложил я, хотя ответ мне был известен заранее.

- Что вы, товарищ военком! Мы все вместе. Разве командир может бросить своих подчиненных? А-а! - Догадка озарила ее лицо. - Проверяете?

- Верно, проверяю, - кисло улыбнулся я в ответ. - В деле уже были?

- Легкое боестолкновение с конным арьергардом противника. Увидели, с кем имеют дело, и бросились наутек! - презрительно усмехнувшись, сообщила она.

- Скажите, что значит сорок три - сорок шесть?

- Размер мужских носков, - мгновенно отреагировала она.

- Браво! - искренне восхитился я. - По вам плачет передача "Что? Где? Когда?"

- Это еще что за хрень?

- Неважно, это я так, к слову. Можете идти!

- Есть! Будете докладывать в штаб, скажите, мы не подкачаем!

Она круто развернулась и, чуть не потеряв равновесие, бодро зашагала к своим. Послышалось дружное хоровое пение, приветствующее командира: "God, save our Mary...[3]"

"Народ с юмором. С такими горы свернем!" - От умиления мне на глаза навернулись слезы. Вскоре ее отряд свернул на боковую дорогу.

- Трогай! - приказал я вознице.

- Куды трогай? Ты что охренел? - повернувшись, зло откликнулся Никифор. - Не видишь, лошадь на пределе? Загубить хочешь скотину?

"Дерзкий, подлец! Никак не может смириться, что приходится работать возницей. А кем бы ты, милый, хотел с такой-то рожей? Папеньке своему скажи спасибо", - подумал я.

- Ну-ну, не психуй! Соблюдай субординацию. Люди смотрят!

- "Люди смотрят!" Думать надо, а не лясы точить. Эти головорезы могли нас на раз-два положить! Этот одноглазый отморозок, по всему видать, настоящий психопат, уже затвор передернул!

Я слез с саней, опираясь на трость с серебряной рукоятью в виде волка. Она досталась мне по наследству от деда. Мало кто знал, что внутри у нее острейший клинок. Подошел к лошадке и похлопал ее по крупу. "Придуривается, сучонок! Коняшка еще верст пятьдесят бы отмахала", - предположил я. Та в ответ невразумительно пошевелила губами и презрительно фыркнула. "Могла бы и плюнуть. Еще повезло. Все, как говорится, познается в сравнении, - рассудил я. - Надо было бы ей, голубушке, пучок сена дать. Да и на морозе может простыть. На чем тогда передвигаться будем? Весь бензин, уроды, немцам продали с газом вместе! Лишь бы карманы набить, а там хоть потоп, патриоты гребаные!"

- Ладно, двигай на постоялый двор! Тут полверсты ходу! - приказал я Никифору.

"Дать бы тебе, дорогой, в рыло, а нельзя. Прокурорский сынок! Упекут за милую душу! Это им как нечего делать. Ну и времена! Дорвались, родимые, до кормушки..." - додумать эту мысль мне не удалось. Сзади послышались торопливые шаги. К нам стремительно бежал прапорщик.

- Ваше Превосходительство, можно мне с вами? - с этими словами, не дождавшись ответа, он быстро вспрыгнул сзади на полозья. - А то мои архаровцы окончательно слетели с катушек! Надо доложить обо всем начальству! - запыхавшись, сообщил он.

- Ладно, давайте!

Только успел я это сказать, как сзади раздалась автоматная очередь. Срезанные еловые ветки посыпались нам на голову. Я мгновенно вскочил в санки и крикнул Никифору:

- Гони, твою мать!

Тут уж было не до церемоний. Хотя потом он вполне может накатать на меня докладную. Но Никифор уже и так все понял и стал нещадно нахлестывать лошадку.

- Кажется, оторвались, - со вздохом облегчения проговорил прапорщик.

- Перебирайтесь-ка ко мне, - предложил я ему, пододвигаясь.

- Премного благодарен, - с этими словами он ловко перемахнул в кузов.

- Что, кадровики расшалились? - поинтересовался я у прапорщика. - Больше смахивают на бандюков с большой дороги. Как вас угораздило к ним попасть?

- Как бы вам сказать... Если коротко - поступило предложение, от которого нельзя было отказаться. Или, как они сказали, двушечку за одиночный пикет, или сюда, присматривать за этим... сбродом. Теперь уже и не знаю, что лучше. По легенде - они бывшие кадровики, а на самом деле эта группа из ЧВК Мюллера. Сами понимаете, что за публика, объяснять не надо. Им задерживают зарплату, вот они и горячатся. Да и харчи на исходе.

- Пулеметом можно было бы их остудить, - предположил я.

- Это, Ваше Превосходительство, мужики опытные. Пулеметиком их трудно убедить. Если только пыльным мешком из-за угла, причем внезапно. Раз-раз! - неожиданно воодушевился прапорщик.

- Пыльным мешком? - уточнил я, подумав, что прапорщик, возможно, переволновался.

- Это, конечно, шутка. А если серьезно, то вполне подойдет американская полевая буксируемая гаубица калибра 155 миллиметров М777. Как вам такой вариант?

- Вариант неплохой. Но затратный. Одна доставка встанет в копеечку. Проще пригласить несгибаемых пенсионеров из отряда Просто-Марии.

- Это кто такие?

- Встретил после вас. Ребята шустрые, ветераны, прошли огонь и медные трубы. Одна Лизка-минер, - вспомнил я рассказ Просто-Марии, - стоит десятерых! Так что с гаубицей пока отставить.

- Есть отставить, Ваше Превосходительство! Если позволите, у меня к вам есть один деликатный вопрос?

- Что за вопрос, прапорщик?

- При вас есть офицер для особых поручений?

- Нет, как раз появилась вакансия. Предыдущего отозвали на проверку.

- Знаем мы эти проверки! Вряд ли вернется. Небось, сболтнул лишнего. Здесь все стучат друг на друга. И что же, он добровольно сдался?

- Нет, не добровольно. До сих пор ищут, очень умело прячется. Прошел соответствующую подготовку.

- Значит, кто-то выдал?

- Возможно... - Меня слегка насторожил такой интерес прапорщика.

- Не сочтите за бестактность, Ваше Превосходительство! Я бы мог, разумеется, если Ваше Превосходительство сочтет это возможным, выполнять его обязанности. Думаю, присматривать за чевэкистами я уже не смогу по техническим причинам.

- Что ж, если кураторы не будут против, я возражать не стану. Мне будет нужен расторопный преданный помощник. - На слове "преданный" я сделал акцент.

- Премного благодарен, Ваше Превосходительство! Я вас не разочарую.

- Надеюсь, прапорщик! Есть, правда, одно "но". В этой должности звание офицера не может быть ниже... - Я засомневался: "Поручика или старшего лейтенанта? Все-таки, пожалуй, поручика, звучит как-то более благородно". И, с трудом скрывая улыбку, с сожалением посмотрев на прапорщика, закончил: - Поручика!

- Как же быть? - Он с растерянностью посмотрел на меня.

- Выход есть. - После небольшой драматической паузы я добавил: - Моим приказом вам будет присвоено внеочередное воинское звание поручика!

- Служу... - он вопросительно посмотрел на меня, - государю императору? Или как?

- Лучше Родине и Отечеству! - Вывел я его из затруднительного положения.

- Пардон, Ваше Превосходительство! А это не одно и то же? - с сомнением произнес прапорщик.

- Не совсем.

- Служу Родине и Отечеству! - торжественно сказал он и добавил: - А то ошибешься, и не утвердят. Эти фээсбэшники - настоящие бюрократы, могут придраться к любому пустяку!

- Утвердят-утвердят! У меня там все схвачено! - успокоил я его.

Прапорщик посмотрел на меня с уважением. Я отметил, что в его взгляде не было притворства. И это было хорошо.

- В дальнейшем я к вам буду обращаться по имени и отчеству. Пожалуйста, представьтесь!

- Алексей Николаевич! Можно просто Леха! - И он обаятельно улыбнулся.

- Нет, просто Леха - не годится! Между дворянами так не принято. Вы что, Толстого не читали или, скажем, Тургенева? Когда познакомимся поближе, можно будет - Алекс.

- А мы что, дворяне? - удивился прапорщик. - Вот уж не знал!

- Не исключено, - ушел я от ответа. - Ко мне вы можете обращаться - Виктор Павлович.

- Есть, Ваше Превосходительство! Виноват, Виктор Павлович!

Все это время Никифор внимательно прислушивался к нашему разговору. Это чувствовалось по его напряженной спине.

1 Запрещен на территории России как террористическая организация.

2 Кандидат в мастера спорта.

3 Боже, храни нашу Марию...

Заезд


Начало темнеть. Дорога свернула в лес и вскоре уперлась в высокий частокол с прорезанными бойницами. У закрытых ворот стоял здоровенный мужик в суконной поддевке и картузе. Он не торопясь снял с плеча берданку. У его ног крутился большой лохматый пес.

- Кто такие? Местов нет! - промолвил он хрипло.

- Ты что, морда, не видишь, кто едет? - крикнул ему с вызовом Никифор.

- Кому сказано, местов нет! Вертайте взад! - стоял на своем мужик. Собака стала скалить зубы и проявлять агрессию.

- Сука, напрашивается! - Повернулся ко мне Никифор.

- Подожди! Попробуем миром, - попытался я его успокоить.

Но тут неожиданно встал прапорщик и громко крикнул:

- Степан, здорово! Ты что, не узнал?

- А, Леха! Здорово! Не признал, темно. Тут какие-то бесы все вокруг шастают! Мельник приказал никого не пропускать. Давайте, заезжайте по-быстрому!

Степан открыл ворота, и мы заехали внутрь, минуя второй частокол. Нашим глазам открылся просторный двор. С трех сторон его окружал непроходимый лес. Все строения находились в его конце.

- Тут может свободно разместиться целая рота, - поделился я своими впечатлениями с поручиком.

- Так и есть, - подтвердил он. - Плюс имеются и подземные сооружения. Там хранится большой запас продовольствия, да и с водой проблем нет. На территории есть источник. Неподалеку от мельницы. - Он указал рукой на дальний угол.

Мы сошли с саней. К нам подбежали двое бородатых мужиков. Они сноровисто распрягли лошадку, взяли ее под уздцы и увели в стойло под крытый навес, расположенный рядом с хозяйственными постройками. Там уже стояло несколько лошадей. Мужики вскоре вернулись и оттащили, не особенно напрягаясь, санки.

- Пойду проверю, чтобы овса да свежего сена положили, - процедил сквозь зубы Никифор.

- А кто такой этот мельник? - поинтересовался я у поручика.

- Мельник - это фамилия. Владелец всего этого заведения. Очень крепкий хозяйственник. Раньше был мэром крупного сибирского города, не помню точно какого, то ли Омска, то ли Томска, а может, и Челябинска. Бывший единорос. Не оправдал, как говорится, надежд, а возможно, какому-нибудь свояку-бурундуку место приглянулось. Короче говоря, выперли в связи с потерей доверия, - многозначительно пояснил поручик. - Поэтому теперь здесь, в глуши. Зато есть и свои преимущества: чистый воздух, изумительная природа плюс экологически чистые продукты, а это, сами понимаете, дорогого стоит плюс важно для долголетия.

"Алексей плохо знает географию. Томск от Челябинска не может отличить, - подумал я. - Рановато я ему присвоил поручика. Может не справиться. С другой стороны, неплохо обо всем осведомлен. Как всегда - сплошной дуализм".

Посреди двора на небольшом возвышении стояло странное устройство, напоминавшее старинную пушку.

- Это еще что такое? - Я указал тростью на непонятный агрегат.

- Говномет, Ваше Превосходительство! - радостно сообщил поручик. - Виноват, Виктор Павлович! Никак не привыкну. Идея принадлежала одному влиятельному сенатору. А воплотил в жизнь его друг, известный думский кулибин. Предназначался для разгона несогласных. Но произошел конфуз. Во время пробного испытания снаряд разорвался во время вылета. Многие важные люди пострадали, больше, как вы понимаете, морально. Поэтому от массового производства было решено временно отказаться. Автор после этого скоропостижно скончался, не выдержало сердце. Изготовленные экземпляры разошлись по коллекционерам. Один, по слухам, даже стоит то ли в Лувре, то ли в музее Тэйт Модерн [4].

- А зачем этот здесь?

- Опытный образец. Здешние умельцы наладили. Вроде теперь работает как часы, но не уверен, не проверял. По итогам года ему была присуждена первая премия международного авторитетного журнала "Современные зеленые вооружения". Они его прозвали "Рашен Говномет".

- А вы - гаубица! Экий вы, батенька, фантазер, - ласково пожурил его я.

- Виктор Павлович, у вас превосходная ретро-шинель! И сукно отличного качества! Английское?

- Верно. Вы настоящий специалист! - похвалил я Алексея.

- Немного разбираюсь. После института пришлось поработать в элитном ателье. А воротничок из куницы, скажу я вам, так просто супер!

Во дворе появилась высокая молодая женщина с великолепной осанкой, которая, как правило, приобретается в результате упорных занятий балетом. Красивое породистое лицо с налетом усталости притягивало взгляд. Она вела на поводке упитанного английского бульдога. У него на шее висела табличка с надписью. Мне пришлось вынуть лорнет, чтобы ее прочитать. Каюсь, не только для этого я его достал, но и чтобы произвести впечатление на эту привлекательную даму. "I am иностранный агент", - с трудом разобрал я текст.

- What the hell is this? [5] - удивленно поинтересовался я у Алекса, непроизвольно переходя на английский. - What does the dog have on the sign? [6]

- What do you want, Viktor Pavlovich! This is a well-known Duma trick. Judge for yourself, an English bulldog and even the nickname Jackson! [7] - Поручик тоже перешел на английский. - Moreover, it feeds on imported food. He also has a bosom friend, Molly the Corgi [8].

- Вы поразительно обо всем осведомлены, - похвалил я его. - Должен заметить, у вас отличное произношение!

- Благодарю, Виктор Павлович! В свое время проходил стажировку в Оксфорде. А про всю эту эпопею с Джексоном мне рассказала баронесса. Она в нем души не чает.

- Баронесса?

- Ее так все здесь зовут. Она столько из-за него пережила. Мне тут один бывший фээсбэшник много чего поведал. Сначала баронесса заупрямилась. Подумала, что с ее-то знакомствами все можно будет уладить. Но не тут-то было. Этот вопрос решался на самом верху. Она любила светиться в разных либеральных тусовках. Ну, ее и решили проучить. Предупредили, что будут пытать.

- Они хотели пытать баронессу? - изумился я.

- Нет, что вы! Разумеется, Джексона.

- Неужели они бы стали мучить этого безобидного милого толстяка?

Алекс неопределенно пожал плечами, намекая, что вопрос носит скорее риторический характер.

- После этого она сразу же дала согласие, чтобы избавить своего любимца от ненужных страданий. Тут уж не до амбиций!

- Ну это уже вообще чистый беспредел! За что? - возмутился я.

Алекс снова пожал плечами и продолжил:

- В этой ситуации даже ее колоссальные связи не помогли. Табличку пришлось носить, иначе наложат штраф в пятьсот тысяч!

- Пятьсот - это для юридических лиц, - поправил я его, решив продемонстрировать свою осведомленность, - а для физиков пятьдесят и то - за повторное нарушение. А зачем здесь-то ее носить?

- Ну это для прикола, - улыбнувшись, объяснил Алекс. - Мол, нате-ка, выкусите! Последнее слово все равно за мной!

После этого рассказа баронесса заинтересовала меня еще больше.

- Виктор Павлович, не пора ли чего-нибудь перекусить? Я взял на себя смелость сделать заказ. Вон Евсей уже делает знаки, что все готово, - сказал Алекс.

Это было очень вовремя. Необходимо было подкрепиться. Мы направились к большой двухэтажной постройке. На пороге нас уже ждал половой в белой косоворотке, подпоясанный желтым толстым шнурком с кистями, и белых брюках. Небольшие усики придавали ему щеголеватый вид. Евсей помог нам раздеться и повел в большой зал.

У самого входа за столиком сидел небритый мужик. От него исходил неприятный запах. На столе стоял опустошенный наполовину графинчик водки.

- Щи! - коротко произнес он и требовательно посмотрел мне в глаза.

- Кто это? - поинтересовался я у Алекса.

- Тырсонос [9].

- Фамилия или профессия? - решил на всякий случай уточнить я.

- Трудно сказать. Возможно, прозвище. Бывший председатель какого-то там избиркома, проштрафился. Не обеспечил нужный процент. Теперь здесь околачивается. Как видите, опустился. - Поручик укоризненно покачал головой. - Позорит заведение. А выгнать боятся. Вдруг простят? Тогда сможет и отомстить.

- Щи! - снова повторил проштрафившийся.

- Настойчивый, - отметил я, подумав, что говорящий обладает определенной харизмой. - Чего он хочет-то? - Я вопросительно посмотрел на поручика.

- Недоволен, - пояснил тот. - Не подогрели и были без мяса. А что, прикажете, делать? Поиздержался, а хочет мясные. Видимо, избаловался в своем избиркоме. На водку-то деньги находит. Ему уже пытались объяснить, что щи могут быть и постные. Так он и слышать ничего не хочет. Твердит, что на кухне воруют. Вот когда без капусты дадут, тогда гонор-то и сойдет! Привык своими корочками щеголять, а здесь это не проходит.

- Устойчивый динамический стереотип... - Этот субъект сильно заинтересовал меня с научной точки зрения. - Никак не может перестроиться.

- Пытается опровергнуть пословицу, что плетью обуха не перешибешь.

- Но попробовать все-таки можно... - задумчиво продолжил я. - Или же применить другой инструмент. Иногда подобное упорство приводит к совершенно неожиданным результатам. Этому Тырсоносу надо бы попробовать подать чай без сахара. Часто прием переключения с одной навязчивой идеи на другую благотворно сказывается на психике больного и в целом на организме. Кстати, неплохой пример, может войти в теорию.

- Напился, скотина! Так тебе и надо! - неожиданно осуждающе произнес бывший председатель избиркома и внимательно посмотрел на Алекса. Тот слегка порозовел. Потом немного помолчав, Тырсонос добавил: - Подставила тебя, дурака, эта проститутка соломенная!

- Это он имеет в виду себя, - решил прояснить некую двусмысленность ситуации поручик. - Просто обращается к себе в третьем лице. Видимо, так добивается большей объективности.

- А соломенная проститутка-то здесь при чем? - не понял я.

- Это, Ваше Превосходительство, по всей видимости, его бывшая начальница. Укоряет себя за доверчивость. Возможно, была его любовницей. Но это так, из области предположений.

Посетителей в трактире было немного. Несколько добропорядочных семей с детьми да группа туристов из числа научно-технической интеллигенции. Туристы тайком разливали под столом свою водку и с воодушевлением пели под гитару:

Когда безумный капитан

Ведет на скалы наш корабль

Не будем дурнями, друзья

Не будем дурнями, друзья

Не будем дурнями, ей-богу!


Еще осталась пара миль

Пока не грянул адский гром

И нету времени, друзья

И нету времени, друзья

И нету времени, ей-богу!


Повеяло забытым духом шестидесятых прошлого столетия. Мы прошли к накрытому столу. Уселись и приступили к трапезе. Выпили ледяной смирновки и закусили холодной осетриной с хреном. Отведали кулебяки.

- Великолепно! - произнес я с чувством. - Нет слов!

- Да, кухня у них на высочайшем уровне, - подтвердил Алекс. - Мишленовскую звезду получили бы играючи.

В трактир вошла баронесса со своим Джексоном. Она обвела взглядом помещение. Мы с Алексом синхронно поднялись со своих мест. Я приглашающе отодвинул свободный стул. Она благосклонно кивнула головой и, улыбнувшись, направилась к нам. Я представился. Как я понял, с Алексом она была хорошо знакома. Подбежавший половой принес новый прибор.

- Евсей, это кто такие? - спросил Алекс у полового, кивнув в сторону поющих.

- Путешествующие, ваше благородие! Зашли погреться да перекусить. Намерзлись, бедолаги. Легко ли в такую погоду? А у нас водочка-то кусается. Нам-то что, пущай свою пользуют. Мы ж тоже люди, входим-с в положение.

- Ладно, ступай!

- Водки или рябиновки? - поинтересовался я у баронессы.

Она засомневалась.

- Настойка здесь замечательная, - разрешил ее колебания поручик.

Мы выпили за знакомство. Джексон усердно грыз сахарную косточку, принесенную ему Евсеем. Потом приступили к жареному поросенку с хреном. Потекла непринужденная беседа. Создалось ощущение, что мы знакомы уже не один год. Отведали расстегаев с севрюжинкой. Все блюда были отменного вкуса и качества. Алекс попросил разрешения ненадолго нас покинуть.

- Разумеется! - одновременно ответили мы с баронессой и засмеялись.

После ухода поручика возникла пауза.

- Вы знакомы с трудами Лапласа? - неожиданно поинтересовалась она у меня.

- Лапласа? - переспросил я, вспоминая основные работы этого великого ученого. - Пьера-Симона? В области небесной механики?

- Да, именно это я имела в виду. - При этом она довольно плотоядно расправилась с расстегаем.

- Центральная проблема, помнится, - это исследование устойчивости Солнечной системы. Думается, эти принципы можно применить более широко, - многозначительно произнес я. - К примеру, для анализа стабильности политических систем. Но в этом случае необходимо учитывать внезапно возникающие хаотические состояния, способные разрушить самые, на первый взгляд, прочные конгломерации. - После небольшой паузы я сдержанно добавил: - Кстати, у меня есть небольшая статейка по управляемому хаосу.

- Не скромничайте, я читала в "Nature" [10] вашу работу. По-моему, это гениально! - Она ласково взглянула мне в глаза.

- Вы преувеличиваете, но все равно слышать это чрезвычайно приятно. - Я включил все свое обаяние и накрыл ладонью ее руку. В ответ она благожелательно улыбнулась. - Не сочтите за дерзость. Но боюсь, у меня нет времени на долгие ухаживания. Наше пребывание здесь может оборваться в любой момент. Поэтому, увы, существует только здесь и сейчас.

Она понимающе посмотрела на меня и крепко сжала мои пальцы. Огонь желания сверкнул в ее прекрасных глазах. Она была чрезвычайно привлекательна!

- Я буду ждать вас после одиннадцати, - произнесла баронесса, вставая. - Спасибо за ужин. Джексон, пойдем, мой красавец! - позвала она своего любимца.

Увалень не торопясь поднялся и засеменил своими короткими лапками вслед за хозяйкой. Кажется, на прощание он успел пукнуть, выразив мне тем самым свою крайнюю неприязнь. Это был еще тот собственник.

Баронесса интересовала меня все больше и больше. Все выдавало в ней незаурядную натуру. Вскоре появился Алекс.

- Стефания уже ушла? - поинтересовался он.

- Стефания? - не понял я.

- Да, так зовут нашу баронессу.

"Нашу? Оговорка по Фрейду или подает какой-то сигнал?" - насторожился я.

- Помните одноглазого наемника из группы Мюллера? - продолжил он. - Они разбили лагерь здесь неподалеку. Он у них там неформальный лидер, - сообщил Алекс, как мне показалось, не без удовольствия. - Представляете, они учились со Стефанией на одном курсе в МИФИ [11]! В это трудно поверить, но это так. Возможно, в свое время у них были романтические отношения. Утверждать не берусь, со свечкой не стоял.

- Этот отморозок закончил МИФИ? Вы ничего не путаете? - удивился я.

- Не закончил. Его выгнали после третьего курса. Подрался с преподавателем теплотехники. Незаконченное высшее - так это называется. Он и там был заводилой.

"Поручик поразительно обо всем осведомлен, причем в мельчайших деталях, - подумал я. - Что ни спроси, все знает! Просто ходячий отдел кадров!"

- Я учился на параллельном потоке, поэтому хорошо помню всю эту историю, - будто читая мои мысли, произнес Алекс с мягкой улыбкой.

"Как говорится, все мы выросли из гоголевской шинели", - мысленно прокомментировал я его объяснение, памятуя, что это высказывание было ошибочно приписано Достоевскому.

- Короче говоря, он стал подкатывать к Стефании. То ли захотелось развлечься, то ли былые чувства вспыхнули вновь. Не знаю. Это было около недели назад. Я как раз возвращался в отряд. Отвозил отчет в штаб. Так что все произошло буквально на моих глазах, здесь в трактире. Сначала она благосклонно принимала его ухаживания. Что вы хотите, женщины часто симпатизируют таким типам. Но тут вступил в игру неисправимый ревнивец Джексон. Он нассал этому кондотьеру на ботинок. Виноват, Ваше Превосходительство, казарма дает о себе знать! Интеллигентно выражаясь, сделал пи-пи. Ну тот в ответ пнул его как следует ногой, и сразу же получил от баронессы от ворот поворот. Она же известный любитель животных, заслуженный волонтер. А Одноглазый вообще покусился на святое.

- Да, опасный тип, - констатировал я, стараясь не выказывать свою озабоченность.

- Опасный, даже очень! - подтвердил Алекс, как мне снова показалось, не без удовольствия. - Ну да нам-то что!

"Тебе-то действительно - "что". А вот у меня, как говорится, появился реальный шанс поскользнуться на ровном месте. Этот негодяй наверняка прознает про мой интерес к баронессе... Но не могу же я, в конце концов, дать задний ход. Не в моих правилах отступать перед грубой силой. Короче говоря, надо срочно приступать к тренировкам. Для начала буду держать в вытянутой руке трость, - принял я мудрое решение, вспомнив Пушкина. - Правда, ему, задире и дуэлянту, это не очень помогло... С другой стороны, предупрежден - значит вооружен. Или si vis pacem, para bellum [12], а если попросту, беги-ка, дружок, немедля за парабеллумом. Опаздывать в таких случаях опасно для здоровья, то есть не рекомендуется".

- Что им вообще-то здесь надо? Этим обормотам! - с досадой, поморщившись, произнес я. - Шли бы своей дорогой. Охраняли бы месторождение какое-нибудь в Африке или еще где-нибудь. Чего, спрашивается, сюда-то приперлись? Не понимаю! Только людей беспокоят. Народ приехал отдыхать, наслаждаться дикой природой. Так нет!

"Что это я такое говорю? Какой отдых, какая природа? - удивился я своим словам. - Видимо, смирновка подействовала".

- Ну это я, конечно, шучу! - продолжил я. Поручик с готовностью улыбнулся. - Самый лучший отдых - это что?

- Видимо, работа, Виктор Павлович?

- Почти. Служба отечеству!

- Понял. - Согласно кивнул головой поручик.

Я машинально вытянул руку с тростью и поймал на себе его удивленный взгляд.

- Прекрасно укрепляет мышцы, - пояснил я свое действие. - Уникальная статическая гимнастика по Мюллеру!

- Надо же! И здесь Мюллер! - искренне удивился поручик. - Прямо вездесущие мужики какие-то! А возможно, что один и тот же. Впрочем, неважно. Надо будет обязательно попробовать.

- Достаточно пятнадцати минут в день.

- Это очень удобно. А то времени просто катастрофически не хватает.

Мы доели не торопясь десерт. Ягодное суфле, бисквиты и мороженое были просто превосходны. Выпили еще немного коньяку и поднялись из-за стола.

- Ну что ж, до завтра, - попрощался я с поручиком. - Надо немного передохнуть, а потом еще придется поработать с бумагами.

- Всего доброго, Ваше Превосходительство! - Он коротко кивнул стриженой головой и щелкнул каблуками. - Если что, я в соседнем номере.

"Кажется, славный малый...", - подумал я, глядя вслед удаляющемуся поручику.

4 Лондонская галерея современного искусства.

5 Это еще что за хрень?

6 У пса на табличке?

7 Что вы хотите, Виктор Павлович! Это же известная думская фишка. Сами посудите, английский бульдог да еще кличка Джексон!

8 Причем питается импортным кормом. Да еще у него закадычная подружка - корги Молли.

9 Тырсоносы носят мешки с сыпучим строительным материалом.

10 "Nature" - авторитетный научный журнал.

11 Московский инженерно-физический институт.

12 хочешь мира - готовься к войне (лат.)

Стефания и Джексон


Мой номер оказался на втором этаже и выглядел весьма сносно. Я приоткрыл форточку, ворвался морозный ядреный воздух, насыщенный запахами леса. Я лег на кровать, чтобы немного вздремнуть. Когда проснулся, оказалось, что прошло больше двух часов. Пора было собираться на свидание со Стефанией. Я подошел к окну и увидел, как чья-то голова показалась над забором. К этому месту со стороны двора бросился большой пес, встречавший нас при въезде. Он с рычаньем стал бросаться на забор, и голова тотчас скрылась из вида. Что-то подсказывало мне, что покоя здесь не будет. Я достал свой люгер и проверил на всякий случай обойму. Личное оружие я всегда содержал в идеальном порядке. Главное, не лениться и регулярно смазывать механизм хорошим маслом, тогда вероятность осечки сводится к минимуму. Я принял душ и успел почистить зубы, как закончилась горячая вода. Причесался и побрызгал на себя остатками французского одеколона. Надев свой френч, посмотрел на себя в зеркало и убедился, что сидит он на мне превосходно. Мысленно поблагодарил питерского портного, который меня обшивал уже не один год. Взял заранее заказанную в ресторане бутылку вполне приличного шампанского, коробку конфет и направился к баронессе. Жаль, что здесь не оказалось оранжереи. Со вкусом подобранный букет цветов был бы весьма уместен в данной ситуации. Но, как говорится, выше головы не прыгнешь.

Ее номер находился на том же этаже, только в другом конце коридора. Я несильно постучал в дверь, испытывая легкое приятное волнение. Послышались быстрые шаги, дверь открылась, и я был искренне изумлен. Она была необыкновенно хороша. Черное платье с большим вырезом открывало часть груди и подчеркивало красоту ее шеи и ключиц. Она протянула мне руку, я перевернул ее ладонью вверх и поцеловал запястье. В этот момент, появившийся откуда-то сбоку Джексон, вклинился между нами, схватил меня за штанину и стал тянуть к двери. Мне захотелось пнуть его ногой, но я вспомнил эпизод с одноглазым пиратом и удержался от опрометчивого шага.

- Ну что ты, дурачок! - с теплотой произнесла Стефания. - Успокойся, это же свой. Я никуда не ухожу!

- Джексон, дружище, не сердись! - Этот момент я предусмотрел. Достав из кармана небольшой пакетик, я вынул из него припасенную с обеда сахарную косточку и положил ее перед псом. Он посмотрел на нее с откровенной брезгливостью. Хотя недавно с удовольствием грыз точно такую же. "Хорошо, что хоть не цапнул за руку, паршивец эдакий!" - Стало ясно, что попытка подкупа с треском провалилась.

- Не обижайтесь на него, он ужасный собственник! Думает, что все мужчины мечтают со мной переспать, - произнесла она со смехом.

"Он недалек от истины", - отметил я.

- Welcome! - Она сделала приглашающий жест рукой.

На небольшом столике горели свечи.

Она выключила свет.

- Так будет уютнее. К сожалению, кроме устриц ничего не удалось заказать, - произнесла она извиняюще.

- Как раз и шампанское пригодится, - сказал я, протягивая свои скромные дары.

- Отлично!

Потекла неторопливая беседа не о чем. Незаметно для себя мы выпили все шампанское и съели всех устриц, правда, надо отметить, что их было не так уж и много. Но расслабиться и чувствовать себя непринужденно мне не давал Джексон. Этот, на первый взгляд, неуклюжий толстяк проявлял завидную ловкость и изобретательность. Он то внимательно, не отрываясь следил за мной, то вдруг вспрыгивал на свой небольшой диванчик-лежачок и начинал негромко, но угрожающе рычать. Но больше всего напрягало то, что за ним надо было постоянно следить, чтобы он не пометил мои ботики или брюки. Потому что в случае успеха этой акции возникший сильный запах мог разрушить романтический настрой нашего свидания.

- Хорошо, что я успела принять душ, - с мягкой улыбкой поведала баронесса, - и как раз закончилась горячая вода.

- Аналогично, - засмеялся я в ответ, потерял бдительность, чем и воспользовался Джексон, быстро пометив мне брюки. - Какая досада! - воскликнул я, сдерживаясь, чтобы не употребить более крепкое выражение.

Баронесса оценила мою деликатность, с трудом сохраняя невозмутимое выражение лица. Я видел, что ее разбирает смех.

- Быстро снимайте брюки! - приказала она. - Я их застираю, пока не въелся запах. А сейчас набросьте вот этот халат!

Я подчинился без лишних слов, а потом громко захохотал.

- Ну и стервец! - произнес я сквозь выступившие слезы. - А ведь молодец, как ни крути!

Я видел, что Стефании понравилась моя реакция. Она ненадолго скрылась с моими брюками. Переодевшись в спортивный костюм, вернулась и снова села напротив меня. Я оценил ее тактичность, и мы продолжили разговор.

- А почему - баронесса? Аристократические корни или что-то другое? - поинтересовался я.

- Не совсем... Просто я была замужем за одним бароном, недолго, около года. Потом разбежались... Тот еще был шалопай! Ни одну юбку не пропускал. Но, надо заметить, веселый такой был барон, все время шутил, а я смеялась не переставая. Интересная такая была семейка... Так что все объяснимо. Вскоре мне это все изрядно надоело, и мы расстались друзьями.

- А то, признаться, я решил, что это из-за вашего благородного вида вас все так называют, - сказал я.

- Я хочу, чтобы между нами не было никаких тайн. В прошлом я занималась эскорт услугами. - Она сделала паузу и внимательно и твердо посмотрела мне в глаза.

- Это меня не интересует, - помолчав, ответил я, и это было сущей правдой. Жениться в ближайшее время я не собирался. Ласково проведя рукой по ее волосам, я добавил: - Ты бесподобна. Иди ко мне...

Единственной помехой в нашем сближении оставался этот несносный ревнивец Джексон, неотрывно следивший за мной своими маленькими глазенками со своего лежачка. Это меня отвлекало, слегка нервировало и мешало переходить к более активным действиям.

Наконец Стефания взяла его на руки, выказывая при этом недюжинную силу. Стала что-то извиняюще шептать ему на ухо и вынесла его за дверь. Со словами: "Не обижайся, прошу тебя! Посиди здесь, я скоро приду!" она быстро заскочила обратно.

- У нас есть немного времени, - сказала она, и мы бросились друг к другу...

- Мне ни с кем не было так хорошо, как с тобой! - проговорили мы почти в унисон, откинувшись в кровати, и также одновременно засмеялись.

Неважно, что я всегда так говорю после секса с новым партнером. Главное, что в этот момент я действительно так чувствую.

Я расслабленно ласкал ее шелковистые, постепенно напрягающиеся соски, как со стороны коридора послышался топот. "Одноглазый!" - мелькнула паническая мысль. Я потянулся за люгером, который предусмотрительно положил под подушку, но не успел. Последовал чудовищный удар в дверь, после чего она резко распахнулась, чуть не соскочив с петель, и разъяренный Джексон мгновенно очутился между нами в постели. Он со злобой оттолкнул меня своими короткими, но, как оказалось, мощными лапами. От неожиданности я чуть не упал на пол, что было бы не только достаточно забавно и даже смешно, но и наверняка впоследствии отложилось бы в воспоминаниях вместо того удивительного наслаждения, которое мы испытали несколько минут назад.

- Джексон, ну что ты, дурачок! Я люблю только тебя! - проворковала Стефания, лукаво мне подмигивая. И это было похоже на правду.

Барбос немного обиженно посопел, слегка поерзал, устраиваясь поудобнее, и вскоре раздался его чудовищный храп. У этих милых бульдожек короткая носовая перегородка, поэтому они постоянно хрюкают, а во сне еще и громко храпят. Я подумал, что неплохо было бы дать ему снотворное, иначе от него не будет покоя. Но предлагать этот вариант решения вопроса не стал, памятуя о том, что Джексон с большим отрывом удерживает первое место в иерархии ценностей моей новой возлюбленной.

Стефания осторожно встала с постели и, поманив меня пальцем, прошла в ванную комнату. Я последовал ее примеру.

- Теперь он успокоился и проспит до утра, - шепотом поведала она. - Будем тихо себя вести.

Я еще раз убедился, как великолепно она сложена. Я обнял ее сзади, чередуя нежные и грубоватые ласки. Мы не торопились, получая от этого дополнительное наслаждение...

Потом мы вернулись в комнату и осторожно легли в постель, стараясь не потревожить Джексона.

- Ты знаешь аксиому? - прошептал я ей на ухо.

- Какую?

- Каждый диктатор рано или поздно сходит с ума.

- Это ты сводишь меня с ума! Кто автор? Мортон[13]?

- Автор - твой покорный слуга, - скромно ответил я, поражаясь ее эрудиции.

- Гениально! - Она нежно поцеловала меня в плечо.

- Некоторые сразу, как дорвутся, а другие - больные на всю голову от рождения, как говорят в народе, с серьезными девиациями.

Весь следующий день мы провели в постели. Стефания долго что-то нашептывала на ухо своему любимцу и в конце концов уговорила его перейти на свой диванчик. Он демонстративно повернулся к нам спиной. "Обиделся, - со вздохом констатировала Стефания. - Уж и не знаю, как я буду заглаживать свою вину..." Только пару раз она выводила его на прогулку. Еду и напитки нам приносили в номер.

13 Каплан Мортон - известный американский политолог.

(C)